Через три минуты коридор заполнился толпой взбудораженных начальников, готовых поставить свою подпись на чём угодно, хоть на полу или на потолке, лишь бы побыстрей отчитаться о проделанной работе. Завхоз потерял дар речи. Бланки пошли по рукам со скоростью метеорита. Не прошло и минуты, как и все необходимые подписи были собраны. Лофьен с сияющим лицом протянул их к завхозу. Тот промычал нечто нечленораздельное, уловив, что случилось невозможное: начальники бегали за бланками, как первоклашки друг за другом на перемене, вместо того, чтобы гонять друг к другу посетителей.
– Я же просил уничтожить только ковер! – вполголоса заметил король.
– Предъявите претензии дракону, когда он вернется! – усмехнулась Яга.
— А чего это ты вздумал мне перечить? — поинтересовался царь, посмотрев на сына подозрительным взглядом. — Или ты надеялся, что я перееду в тихий район, где правит бал молчание, нарушаемое тихим плачем тех, кто приводит туда очередного жильца?
— Мне про кладбище еще никто так живописно не рассказывал… — пробормотал старший сын.
— Как вам не стыдно отправлять меня на охоту! — с укором сказала она. — Я и лук-то в руках никогда не держала.
— Возьми чеснок, — предложил Мартин.
— Вампиров настрелять, что ли? — не поняла Анюта. — А разве они вкусные?
— Надо попробовать… — глубокомысленно заявил Мартин. — А то всё они нас… Несправедливо!
Сейчас ты расскажешь, что старший в семье, а у тебя десять малолетних братьев и сестер и ты их единственный кормилец. Мы так растрогаемся от твоих слов, что простим тебя, отпустим и еще денег дадим на дорогу.
По мнению гнома, ватное одеяло - это залог хорошего сна. Только укутавшись в него хорошенько, с головой, можно как следует отдохнуть.
Истинный страх убивает человека вернее, чем отравленный ядом клинок...Против яда есть противоядие, против раны, нанесенной клинком, есть врачебное искусство, и только от собственного страха ничто не спасет.
Любой, кто в состоянии съесть полтора килограмма кремового торта в одиночку, просто обязан быть хорошим человеком...
Умных, но временно бедных нигде не любят.
Его любовь к электронике приводила к тому, что бытовые приборы часто являлись не тем, чем, казались на первый взгляд. Особенно доставалось старенькой кофеварке на кухне. Метаморфозы с ней случались чуть ли не каждый день. После того как кофеварка в очередной раз вырвалась из рук Дария и попыталась помыть полы, Эрику было строжайше запрещено экспериментировать на домашних приборах под угрозой немедленного выселения в случае нарушения запрета.