- О да, ваше сиятельство, это может закончиться большой бедой, - глубокомысленно изрек Чудакулли. Эта фраза всегда работала, в любом споре. Кроме того, в подавляющем большинстве случаев она соответствовала истине.
Через три минуты коридор заполнился толпой взбудораженных начальников, готовых поставить свою подпись на чём угодно, хоть на полу или на потолке, лишь бы побыстрей отчитаться о проделанной работе. Завхоз потерял дар речи. Бланки пошли по рукам со скоростью метеорита. Не прошло и минуты, как и все необходимые подписи были собраны. Лофьен с сияющим лицом протянул их к завхозу. Тот промычал нечто нечленораздельное, уловив, что случилось невозможное: начальники бегали за бланками, как первоклашки друг за другом на перемене, вместо того, чтобы гонять друг к другу посетителей.
– Я же просил уничтожить только ковер! – вполголоса заметил король.
– Предъявите претензии дракону, когда он вернется! – усмехнулась Яга.
— А чего это ты вздумал мне перечить? — поинтересовался царь, посмотрев на сына подозрительным взглядом. — Или ты надеялся, что я перееду в тихий район, где правит бал молчание, нарушаемое тихим плачем тех, кто приводит туда очередного жильца?
— Мне про кладбище еще никто так живописно не рассказывал… — пробормотал старший сын.
— Как вам не стыдно отправлять меня на охоту! — с укором сказала она. — Я и лук-то в руках никогда не держала.
— Возьми чеснок, — предложил Мартин.
— Вампиров настрелять, что ли? — не поняла Анюта. — А разве они вкусные?
— Надо попробовать… — глубокомысленно заявил Мартин. — А то всё они нас… Несправедливо!
Сейчас ты расскажешь, что старший в семье, а у тебя десять малолетних братьев и сестер и ты их единственный кормилец. Мы так растрогаемся от твоих слов, что простим тебя, отпустим и еще денег дадим на дорогу.
По мнению гнома, ватное одеяло - это залог хорошего сна. Только укутавшись в него хорошенько, с головой, можно как следует отдохнуть.
Истинный страх убивает человека вернее, чем отравленный ядом клинок...Против яда есть противоядие, против раны, нанесенной клинком, есть врачебное искусство, и только от собственного страха ничто не спасет.
Любой, кто в состоянии съесть полтора килограмма кремового торта в одиночку, просто обязан быть хорошим человеком...
Умных, но временно бедных нигде не любят.