Отдельно следует упомянуть моего друга Джанеллу - за то, что напросилась на роль жертвы, убитой жутчайшим способом, и мрб мою тещу Марту - за то, что втайне от меня поинтересовалась у жены, чувствует ли та себя в безопасности наедине со мной.
Если вы помогли мне в работе, а я забыл вас упомянуть, простите меня. Мне необходимо было сэкономить место для Даниэль Олсен, которая не принимала никакого участия в создании книги.
Чувства не бывают плохими или хорошими. Только сильными или слабыми. Любовь, например, слабое чувство. Кто-то любит тебя, ты отвечаешь ему взаимностью, какое-то время ты счастлив, а потом любовь угасает. Но если один из любовников предает другого, тут и возникает настоящие эмоции, появляется нечто сильное, нечто такое, что оставит отметину на всю жизнь.
Предательство - это самое восхитительное.
Я посмотрел на нее с серьезным видом:
- Моя любимая часть семейного единения - когда мы очищаем полости тела. А твоя?
- Телефон не забыла?
- Нет.
- И ты позвонишь домой, если?..
- Потеряюсь или застряну где-нибудь.
- И ты позвонишь в полицию, если?..
- Увижу наркотики или кто-нибудь затеет драку.
- Или если он попытается тебя поцеловать, - сказал отец.
— Говорю вам как социопат социопату: если вы не понимаете причины происходящего, то причина одна — любовь.
Иногда не говоришь, потому что нечего сказать. А иногда – потому что хочется сказать слишком многое.
Я социопат, я никого не люблю. По определению.
Царский двор при Федоре Алексеевиче представлял такую же картину, как и сто лет до того: здесь вечно толпилось до двух тысяч разного люда, из которого большинство так и называлось «площадными», т. е. имевшими право пребывать на царском дворе. Были тут и жильцы, дворянские, дьячьи и подьяческие дети — все те, кто не имел право входить в переднюю, или кто шел в нее, да останавливался по дороге покалякать.
С изумлением заметила Люба, что здесь, на царском дворе, опять нет тишины и порядка, точь-в-точь как на улицах: крик и гам страшные, никто, очевидно, не стесняется.
Как же было и не жаловаться старой царевне на новые порядки теремной жизни. Она выросла в строгих нравах. В ее время царевны почти никогда не выходили из своих покоев, проводя круглый день в обществе приближенных женщин и девушек из лучших родов боярских. Все занятия и развлечения их состояли в вышивании да нарядах, и некому было полюбоваться на красоту их — не попадались они на глаза ни одному мужчине, даже государя редко видывали, никогда не обедали за одним столом с ним. Самые приближенные к государю лица, посещавшие царский дворец ежедневно в течение многих лет, зачастую ни разу не видали царицы и царевен. Даже и врач никогда не мог их видеть. Если случится с царицей или царевной болезнь какая и оказывается необходимым присутствие доктора, то сначала всю комнату больной, все окна занавесят черными занавесками, чтоб было темно, как ночью, и тогда только впустят врача. Нужно ему пощупать пульс у больной, так ее руку окутают тонким покровом, чтобы врач не мог коснуться ее тела.