Мои цитаты из книг
В Кёльне поймали даму с рекордным для женщин содержанием алкоголя в крови – 4,37 промилле. Дама упорно пыталась на своем крошечном авто въехать в нарисованные на заборе ворота.
От создателя европейского арт-проекта «Темная сторона сыров» и автора книги «Страсть Исава» Курта Брахарца. «Челюсть – наш самый лучший инструмент познания», – утверждал С. Дали. «Открытие нового блюда для человечества важнее открытия новой звезды», – еще раньше заметил Бриа-Саварен. «Какими ленивцами мы бы стали, если б могли есть камни!» – вторит им Курт Брахарц. «Исав насытившийся», в отличие от «Страсти Исава», – книга насыщенного разочарования, однако в ней наслаждение выиграло в...
От поросенка я отказался, представив, как маленькая головка лежит на моей тарелке – смертная оскаленная ухмылка, обожженные ушки – и смотрит на меня крохотными пустыми глазничками… Отталкивающее и одновременно возбуждающее зрелище.
От создателя европейского арт-проекта «Темная сторона сыров» и автора книги «Страсть Исава» Курта Брахарца. «Челюсть – наш самый лучший инструмент познания», – утверждал С. Дали. «Открытие нового блюда для человечества важнее открытия новой звезды», – еще раньше заметил Бриа-Саварен. «Какими ленивцами мы бы стали, если б могли есть камни!» – вторит им Курт Брахарц. «Исав насытившийся», в отличие от «Страсти Исава», – книга насыщенного разочарования, однако в ней наслаждение выиграло в...
Бульварные газетенки взахлеб заливались про китайского ресторатора, который пустил на мясо собственного повара. Голову несчастного выловили в Дунае, еще там и сям – татуированную кисть, лодыжку и часть правой руки. Я, впрочем, на месте журналистов так бы ценности не разбазаривал. У меня б повара сперва сунули в морозильник, а потом подавали бы кусочками гостям в «Восьми сокровищах». Или приготовили бы разом все внутренности и мясистые части для тайного собрания всяеядцев в ресторане «Познай себя изнутри».
От создателя европейского арт-проекта «Темная сторона сыров» и автора книги «Страсть Исава» Курта Брахарца. «Челюсть – наш самый лучший инструмент познания», – утверждал С. Дали. «Открытие нового блюда для человечества важнее открытия новой звезды», – еще раньше заметил Бриа-Саварен. «Какими ленивцами мы бы стали, если б могли есть камни!» – вторит им Курт Брахарц. «Исав насытившийся», в отличие от «Страсти Исава», – книга насыщенного разочарования, однако в ней наслаждение выиграло в...
Происходит лишь то, что сделано осознанно.
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.
«Он воспринял это как наказание за свой грех и нашел в этом облегчение», – думала она
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.
моя радость принадлежит мне одной независимо от глубины чувств кого-либо другого
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.
Небылицы свободно распространяются там, где нет знаний.
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.
«Со словами мы теряем чувство исконности, – подумала она. – Они увеличивают надежность, это правда. Лишь то, что получает имя, становится настоящим для нас. Настоящим и ограниченным».
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.
Слова возникали от доверия, конечно же, каждый союзник имеет свое имя. А с именем приходят и знание, и различия, и внешний вид.
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.
«Именно благодаря словам мир становится содержательным», – подумала она. До существования слов была лишь просто зелень, а сейчас были и цвет, и виды, и различия, переживания, качество, порядок, возможности. Слова дают и уверенность – об этом она думала много раз. Вместо того чтобы задохнуться от страха при виде молнии, она могла теперь сказать: это гроза, она пройдет, как и прошлым летом. Она могла теперь даже предвидеть: в такую жару должна начаться гроза. Надо найти защиту.
Первая из книг трилогии «Дети рая» шведской писательницы Мариан Фредрикссон. События трилогии разыгрываются в мире, где архаическое смешано с магическим, мифологическим и логическим, где сосуществуют различные модели мира и разные стадии развития человечества и где Ева – представитель современного, логичного и разумного начала.