Мои цитаты из книг
Старинная пословица гласит: провалился в яму — перестань копать.
Джонатан Майлз — новое имя в английской литературе, но столь ярких дебютов не было очень давно. Майлза уже сравнивают с живым классиком английской литературы Мартином Эмисом — за блестящий стиль, за сшибающий с ног черный юмор и удивительный гуманизм. Всем нам хоть раз пришлось торчать в аэропорту, маясь в ожидании отложенного рейса и страдая от экзистенциальной тоски. Для Бенджамина Форда, героя «Американских авиалиний», задержка рейса становится крахом его жизни. Погрузившись в состояние вне...
Переводить литературный опус — это как заниматься любовью с женщиной, которая всегда влюблена в другого.
Джонатан Майлз — новое имя в английской литературе, но столь ярких дебютов не было очень давно. Майлза уже сравнивают с живым классиком английской литературы Мартином Эмисом — за блестящий стиль, за сшибающий с ног черный юмор и удивительный гуманизм. Всем нам хоть раз пришлось торчать в аэропорту, маясь в ожидании отложенного рейса и страдая от экзистенциальной тоски. Для Бенджамина Форда, героя «Американских авиалиний», задержка рейса становится крахом его жизни. Погрузившись в состояние вне...
У французов есть поговорка: жизнь без литературы — ад.
Джонатан Майлз — новое имя в английской литературе, но столь ярких дебютов не было очень давно. Майлза уже сравнивают с живым классиком английской литературы Мартином Эмисом — за блестящий стиль, за сшибающий с ног черный юмор и удивительный гуманизм. Всем нам хоть раз пришлось торчать в аэропорту, маясь в ожидании отложенного рейса и страдая от экзистенциальной тоски. Для Бенджамина Форда, героя «Американских авиалиний», задержка рейса становится крахом его жизни. Погрузившись в состояние вне...
Одно из двух: земля заселилась или самозарождением, или переносом зачатков жизни с других планет (Аррениус). Если принять последнее, то очевидно, что жизнь должна быть распространена по всему космосу и только попутно захватила землю. Если же допустить самозарождение, то почему же тогда бы жизни зародиться на одной земле и миновать сотни миллиардов планет млечного пути! Планеты ничем существенно друг от друга не отличаются, и невероятно, чтобы жизнь осенила единственную планету из множества подобных.
В своих работах выдающийся ученый, изобретатель, основоположник современной космонавтики К. Э. Циолковский, пытается найти ответ на вопрос: «Есть ли высшие силы, есть ли первопричина всех вещей и явлений?» И уверенно, доказательно, безо всякой мистики, основываясь только на данных точной науки, отвечает: «Конечно, есть, это сама Вселенная». Как же относится она к человеку? Как относится к своим избранным, отмеченным печатью гения? Как изменить жизнь человека и общества, чтобы не противиться...
Вселенная есть выражение неизвестной воли
В своих работах выдающийся ученый, изобретатель, основоположник современной космонавтики К. Э. Циолковский, пытается найти ответ на вопрос: «Есть ли высшие силы, есть ли первопричина всех вещей и явлений?» И уверенно, доказательно, безо всякой мистики, основываясь только на данных точной науки, отвечает: «Конечно, есть, это сама Вселенная». Как же относится она к человеку? Как относится к своим избранным, отмеченным печатью гения? Как изменить жизнь человека и общества, чтобы не противиться...
Живое существование всякого атома не только непрерывно, но и в общем богаче и беспредельно счастливее человеческого.
В своих работах выдающийся ученый, изобретатель, основоположник современной космонавтики К. Э. Циолковский, пытается найти ответ на вопрос: «Есть ли высшие силы, есть ли первопричина всех вещей и явлений?» И уверенно, доказательно, безо всякой мистики, основываясь только на данных точной науки, отвечает: «Конечно, есть, это сама Вселенная». Как же относится она к человеку? Как относится к своим избранным, отмеченным печатью гения? Как изменить жизнь человека и общества, чтобы не противиться...
Итак, превращение наше в животных, при прогрессе человеческой жизни, невозможно. Строго говоря, оно возможно, но очень маловероятно, и есть лишь угроза отмщения за нашу жестокость к животным. От смерти мы сейчас же переходим к ангельскому существованию. Значит, смерть есть переход к лучшей жизни. Однако маленький страх пожить жизнью животных все-таки остается. Да будет он спасителен для человека и да толкает его к усовершенствованию своей породы и к уничтожению страданий всего живого.
В своих работах выдающийся ученый, изобретатель, основоположник современной космонавтики К. Э. Циолковский, пытается найти ответ на вопрос: «Есть ли высшие силы, есть ли первопричина всех вещей и явлений?» И уверенно, доказательно, безо всякой мистики, основываясь только на данных точной науки, отвечает: «Конечно, есть, это сама Вселенная». Как же относится она к человеку? Как относится к своим избранным, отмеченным печатью гения? Как изменить жизнь человека и общества, чтобы не противиться...
Если там внутри у всех такая душа, что ей только добра надо, то как же ей там живется? Вот погляди, Косой, пацаны дерутся, матюгаюся, ненавидят всех... И вокруг тоже, алкаши, воры, норкоты. А внутри живут такие маленькие пушистые души, и им добра хочется... Представляешь, как им одиноко? Как же так, Косой? Кто такое устроил?
Эта повесть — о столкновении интересов двух подростковых компаний — благополучных питерских гимназистов и пригородных беспризорников. Время действия — 90-е годы XX века. И хотя воссозданная в повести жизнь прагматична, а порой и жестока, в ней нет безысходности, а есть место и родительской любви, и заботе о слабых и привязанности к ним, и чистейшей влюблённости, жертвенности и благородству. Читаешь повесть, глядишь на героев, и как короста слезает, а под ней оказывается живая, «маленькая...
Если есть выбор, вмешаться в ситуацию или нет, достаточно сделать хоть что-нибудь, и остальное потянется за ним, как нитка за иголкой.
Эта повесть — о столкновении интересов двух подростковых компаний — благополучных питерских гимназистов и пригородных беспризорников. Время действия — 90-е годы XX века. И хотя воссозданная в повести жизнь прагматична, а порой и жестока, в ней нет безысходности, а есть место и родительской любви, и заботе о слабых и привязанности к ним, и чистейшей влюблённости, жертвенности и благородству. Читаешь повесть, глядишь на героев, и как короста слезает, а под ней оказывается живая, «маленькая...
Только в книжках добро и зло делятся в пространстве. На самом деле граница проходит внутри. Внутри каждого человека. И каждый из людей сражается сам с собой...
Эта повесть — о столкновении интересов двух подростковых компаний — благополучных питерских гимназистов и пригородных беспризорников. Время действия — 90-е годы XX века. И хотя воссозданная в повести жизнь прагматична, а порой и жестока, в ней нет безысходности, а есть место и родительской любви, и заботе о слабых и привязанности к ним, и чистейшей влюблённости, жертвенности и благородству. Читаешь повесть, глядишь на героев, и как короста слезает, а под ней оказывается живая, «маленькая...