Раньше эти книги Передонов держал на виду, чтобы показать, что у него свободные мнения, — хотя на самом деле он не имел ни мнений, ни даже охоты к размышлениям. И эти книги он только держал, а не читал.
Что же, ведь ложь и часто бывает правдоподобнее правды. Почти всегда. Правда же, конечно, не правдоподобна.
Только маленькие врут, взрослые изволят ошибаться.
Но чиновники не торопились. На то они и чиновники.
Чур-чурашки, чурки-болвашки, буки-букашки, веди-таракашки. Чур меня. Чур, чур, чур. Чур-перечур-расчур.
Что же, ведь ложь и часто бывает правдоподобнее правды. Почти всегда. Правда же, конечно, не правдоподобна.
Передонов поспешно пошел из гостиной. Гудаевский сложил ему из своих длинных пальцев длинный нос, а потом поддал в воздухе коленом, словно выталкивая гостя. Антоша захихикал. Гудаевский сердито прикрикнул на него.
– Антоша, не забывайся! Смотри, завтра поеду в гимназию, и если это окажется правда, отдам тебя матери на исправление.
– Я не шалил, он врет, – жалобно и пискливо сказал Антоша.
– Антоша, не забывайся! – крикнул отец. – Не врет надо сказать, – ошибается. Только маленькие врут, взрослые изволят ошибаться.
- Плевать я на тебя хочу, - спокойно сказал Передонов.
- Не проплюнешь! - кричала Варвара.
- А вот и проплюну, - сказал Передонов.
Встал и с тупым и равнодушным видом плюнул ей в лицо.
... классный наставник, – молодой человек до того либеральный, что не мог называть кота Ваською, а говорил: кот Василий ...
Шансы выпадают в свое время. На развилках, что-то в этом роде. Ты принимаешь одно решение, показываешься на одной дорожке. Примешь другое - совсем иной путь.