- А парня твоего пороть бы надо!
- Мы порем, - бессильно соврал я, ища взглядом Митю.
- Мало порете, - уверенно подчеркнул начальник стрелецкой охраны.
Всей своей долгой жизнью он мог доказать, что про приключения лучше всего читать в книжках.
- У вас есть версии?Я кивнула.- Целых две. Вторую считаю более вероятной.- Тогда давайте первую.Изумительная логика! Чисто мужская...
- А спать будешь в своей палатке! - закончила Вита разнос.
Все женщины одинаковы, неважно, с хвостами они или без. Как не по ним, так отлучают от тела.
В моей стране, - продолжил Игрр, - есть люди, которые во всём видят заговоры. Есть даже такая теория - конспирология. Её приверженцы везде ищут врагов. На самом деле глупость и жадность людей, небрежность в исполнении ими своих обязанностей страшнее любого заговора.
Говард с трудом сдержал улыбку. Дикари... Рядятся в тоги, принимают законы, гордятся цивилизованностью, но если чуть поскрести, вылезает индеец. Те даже с приходом колонизаторов продолжали резать друг друга - племенные распри им оказались важнее, чем противостояние реальной угрозе. Поэтому предки Говарда так легко завоевали Америку.
Когда я произносил «Нет!», лица претенденток становились обиженными, как у детей. Они желали знать: почему? В любом мире женщины требуют ответа на этот вопрос, спрашивается, зачем? Результат не изменится, а вот дополнительные огорчения гарантированы. Не спрашивай, и тогда можно объяснить себе, что угодила под дурное настроение. Или, скажем, что избранника настигло несварение желудка и ему стало не до любви. Тогда останешься при мнении, что по-прежнему неотразима. Зачем видеть, как мужик мямлит, пытаясь придумать нечто правдоподобное, в результате чего обижает тебя еще больше.
Матриархат не превращает женщин в мужчин. Да, они жестче, решительнее и снисходительно поглядывают на мужиков. Им доставляет удовольствие нами командовать. Но точно так же ведут себя наши бизнес-леди и прочие шефы в юбках. Приходилось видеть. Однако в душе даже большая начальница остается женщиной. Она хочет, чтоб ею восхищались, говорили комплименты и признавались в любви.
Всем надо что-то в себя влить, прежде чем переступить школьный порог. Иначе - груз чужих ожиданий в два счета раздавит вас в лепешку.
Я рассматриваю зловещую громадину, и все, что до сих пор казалось мне сном или трипом, вдруг становится явью. История оживает. Это больше не глава из учебника и не дневниковая запись. Это реальность. Тампль - настоящий. И в нем умирает ребенок...