Они искали пропавших людей, иногда - погибших, но никогда не занимались слежкой за неверными мужьями и женами; Бабкин часто думал, что частному сыщику, берушемуся за подобные дела, ниже падать уже некуда.
В итоге граждане по всей стране до сих пор ждут, что государство так или иначе станет «давать квартиры», а также именно от государства, от властей требуют обеспечения предоставления коммунальных услуг в надлежащем качестве.
Мне нравилось смешить его, даже если это представляло угрозу для его здоровья.
— ...И что же большинство людей делают с собой? Рвутся к материальным благам и удовольствиям, забывая, что их век очень короток. А там ведь спросят за все. За каждую подлость и каждую жестокость. Но есть то, за что спрашивают куда строже. — И что же это? — Равнодушие.
– Ясно… – вздохнул старый маг. – Когда начнет темнеть, тут же телепортируйся в лагерь, лучше с утра продолжить поиски. – Он строго посмотрел на ученика. – Не вздумай шляться по этому плоскогорью ночью! Особенно в том месте. – Почему? – удивился Кенрик. – Заклинание же уничтожено! – Тот район нестабилен. – Эльнар прошелся…
Мы, драконы, считаем, что каждый хозяин своей судьбы. Если ты считаешь, что тебе надо быть идиотом, кто тебя может от этого отговорить?
Это драконья чешуя! Знаешь откуда? Это мне дракон дал! Я, молодой щенок, попросил у него чешуйку, потому что он так прекрасен, что мне захотелось что-нибудь от него на память. Он рассмеялся и выдернул из себя эту чешуйку! Мы с ним разговаривали минут пять, а потом он улетел.
Самосожаление опаснее рака. Ты убиваешь его в одном месте, оно прорастает в другом. Убей в себе самосожаление, и ты каждый день сможешь становиться королем какой-нибудь страны. Если тебе захочется.
Первую половину жизни человек тратит, придумывая для себя отговорки и самооправдания. Вторую же половину пытается понять, почему они не сработали.
Проголодавшись в пути, Ванька уплетал блинчики в шоколадном соусе с таким аппетитом, что они едва успевали появляться на скатерти. Таня подумала, что жующий человек выглядит неромантично. Влюбленный не должен жевать. Он должен умирать от страсти.