Мои цитаты из книг
Я хорошо пел, наверное, даже было слышно на другой улице.
В книге «Самые смешные Денискины рассказы» собрано девять рассказов В. Драгунского, которые можно читать в любом возрасте: «Девочка на шаре», «Он живой и светится…», «Слава Ивана Козловского» и многие другие. Опытный читатель увидит, что эти произведения написаны простым, «детским» языком. Это писатель сделал, конечно, намеренно, чтобы каждый ребёнок, читая «Денискины рассказы», чувствовал себя в своей тарелке, а взрослый вспомнил своё детство, ведь все мы когда-то были детьми… Для младшего...
Я сказал: - Ну как? - Чудовищно! - похвалил Борис Сергеевич.
В книге «Самые смешные Денискины рассказы» собрано девять рассказов В. Драгунского, которые можно читать в любом возрасте: «Девочка на шаре», «Он живой и светится…», «Слава Ивана Козловского» и многие другие. Опытный читатель увидит, что эти произведения написаны простым, «детским» языком. Это писатель сделал, конечно, намеренно, чтобы каждый ребёнок, читая «Денискины рассказы», чувствовал себя в своей тарелке, а взрослый вспомнил своё детство, ведь все мы когда-то были детьми… Для младшего...
Постепенно становясь сильнейшим из побуждений, страх ломает нравственный хребет человека и заставляет его глушить в себе все чувства, кроме самосохранения.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Все животные равны.Но некоторые животные более равны чем другие.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Власть – не средство; она – цель. Диктатуру учреждают не для того, чтобы охранять революцию; революцию совершают для того, чтобы установить диктатуру. Цель репрессий – репрессии. Цель пытки – пытка. Цель власти – власть.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются – безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Умный тот, кто нарушает правила и все-таки остается жив.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Если ты в меньшинстве - и даже в единственном числе, - это не значит, что ты безумен.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?
Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно.
«1984»
Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»?
По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы…
«Скотный двор»
Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?