Твари, летавшие нормально или бешеными зигзагами, ходившие на двух ногах -- или трусившие на четвереньках -- или ковылявшие вприпрыжку, как увечные призраки, твари, словно изгнанные сбрендившим? слепорожденным Ноем из некоего погребального ковчега, тысячезубые и безъязыкие, размахивавшие вилами и осквернявшие воздух.
Негромкий голос, вопрошающий мертвых, стучащихся в райские врата: "За всю твою жизнь знал ли ты энтузиазм?". И если ответ "да", вас пускают на небеса, а если ответ "нет", вы низвергаетесь в геенну огненную.
Время - тяжкая ноша.
Мы любим закаты потому, что они гаснут.
Мы любим цветы потому, что они умирают.
Любим собак во дворе и кошек на кухне потому, что те вскоре нас покинут.
Само собой, есть и множество других причин, но в сердце утренних приветствий и полуденного смеха лежит неотвратимость прощания. В седых бакенбардах старого пса мы прозреваем уход. В усталом лице старого друга мы видим дальний путь без возврата.
Кошка пришла первой - чтобы быть первой.
Ночь - лучшее время для крылатого человека.
Тебя нашли. В корзине, оставленной у двери Дома, с томиком Шекспира под ногами и "Падением дома Эшеров" вместо подушки.
- О бедная леди! - Да чем же она бедная? - удивилась мать. - Но она же мертвая !
Время - тяжкая ноша. Мы слишком много знаем. Воистину мы жили чересчур долго. И тебе, в твоей новообретённой мудрости, надо приложить все старания, чтобы сделать свою жизнь полной, наслаждаться каждым моментом и когда-нибудь, через много лет, уснуть спокойно, зная, что жизнь твоя удалась и что мы, Семья, тебя любим.
Невероятно, но всему, что взмыло вверх, пришлось рухнуть вниз.