Мои цитаты из книг
Не все живое достойно жить
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
Вот он, подобный бою часов. Голый женский взгляд. Тело ее, как правило, уже голое, но нет ничего голее человеческих глаз; они и кожей-то не прикрыты.
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
У мертвых тел есть свой, мертвый язык. Он ничего не говорит.
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
Ох, люди! Мне кажется, нужно обладать большим мужеством или чем-то еще, чтобы вторгаться в других, внутрь других людей. Мы все думаем, что люди вокруг живут в крепостях, в цитаделях, за крепостными рвами, за отвесными стенами, утыканными шипами и битым стеклом. Но на самом деле мы живем в куда более чахлых сооружениях. Выясняется, что мы все – времянки. Или даже нет, можно просто просунуть голову в палатку и потом залезть. Если дадут добро.
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
Самоубийство — не выбор, правда же. Не в этом мире. Раз уж вы здесь, раз уж взошли на борт, сойти вы не можете. Вам не выбраться.
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
Не ищите жестокости в старых и немощных. У жестокости ясные глазки и розовый язычок…
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
На мой взгляд, работа — восьмичасовой приступ паники.
Тод Френдли ходит задом наперед и по сходной цене сдает продукты в универсам. Его романтические связи каждый раз начинаются с ожесточенной ссоры, а то и с рукоприкладства. Раз в месяц из пепла в камине рождается открытка от преподобного Николаса Кредитора; если верить преподобному, погода в Нью-Йорке остается устойчивой. В ночных кошмарах Тода Френдли бушует вьюга человеческих душ, тикают младенцы-бомбы и возвышается всемогущий исполин в черных сапогах и белом халате. В голове у него...
Луиса изменялась так, как положено: сначала в мелочах - все глубокие перемены в женщинах начинаются именно с мелочей...
Великолепный стилист Хавьер Мариас создает паутину повествования, напоминающую прозу М. Пруста. Но герои его — наши современники, а значит, и события более жестоки. Главный герой случайно узнает о страшном прошлом своего отца. Готов ли он простить, имеет ли право порицать?…
Если бы никто никогда никого ни к чему не принуждал, жизнь остановилась бы, люди увязли бы в сомнениях, никто не мог бы ни на что решиться. Единственное, чего люди хотят, – это ... пребывать в спячке.
Великолепный стилист Хавьер Мариас создает паутину повествования, напоминающую прозу М. Пруста. Но герои его — наши современники, а значит, и события более жестоки. Главный герой случайно узнает о страшном прошлом своего отца. Готов ли он простить, имеет ли право порицать?…
человеку невыносима мысль, что некоторые вещи уже никогда не повторятся
Великолепный стилист Хавьер Мариас создает паутину повествования, напоминающую прозу М. Пруста. Но герои его — наши современники, а значит, и события более жестоки. Главный герой случайно узнает о страшном прошлом своего отца. Готов ли он простить, имеет ли право порицать?…