If I let her have her way, she’d have everything in the room stacked neatly and alphabetically, and I wouldn’t be able to find a thing.
They are no longer children, and if hearing the word ‘bloody’ is the worst thing that happens to them, then they can bloody well consider themselves lucky.
По-моему, война такой и должна быть - чтобы играть по правилам, по-джентльменски. Воин против воина, и пусть победит достойнейший.
Тех, кому не хватает ума подчиниться, мы вынуждены уничтожать.
Признаться, я рада буду сходить на свидание с парнем, которого назавтра не разнесет в клочья. Очень, знаете ли, обнадеживает.
Ты? За рулем автомобиля? Даже если бы бензин был не по талонам, я бы все равно ответил – нет, нет и нет, тысячу раз нет. Да ты же опаснее для населения, чем немцы. Ты бы нас всех угробила.
– Истинного англичанина нельзя заставить работать на немцев! – горячо возразила Фиби. – Лучше смерть. – Только бы он прямо сейчас не собрался помирать, а то сбросится со скалы на полном ходу и нам крышка, – заметил Алфи.
Самая большая жестокость жены по отношению к мужу - никогда не быть счастливой. Не забывайте, что счастье - это в большей степени подход, нежели реальность.
Но рано или поздно мы платим бармену за то, что пьём, даже когда он подаёт нам только боль и печаль.
Но теперь она испуганной ланью стояла на кромке леса. В грязных обносках, оставшихся от белого савана, в который Дема собственными руками завернул ее гибкое тело, обтирая от крови, скуля, как побитая шавка. Смотрела серыми глазами, тянулась белой рученькой.— Уходи, — прорычал Демьян, из последних сил стараясь не закричать. — Пошла прочь, гниль. Морок болотный. Не верю. Прочь.