Ленка звонко рассмеялась, лицо ее неожиданно расцвело, глаза заискрились. И Николай Николаевич, глядя на Ленку, улыбнулся- до чего же она прекрасна, как она умеет сильно любить и как умеет даже в падшем человеке заметить мгновение его величия.
Страшно, когда один против всех, даже когда ты прав.
– Мм-м, Коша, а чем,говоришь, вы по дороге занимались? – ехидный такой вопрос.
– Дед.
– А в кустах, говоришь,отсиживались, пока темные округу осматривали? –Сарказм так и плещет.
– Дед!
– А на шее у нее, случаем, не засос?
– Нет! Это я ее душил!
– То есть я мужик? – донеслось все так же из-за двери. – Гипотетически. – Хамлю по полной.
Няшки фентезийные на них внимания не обратили, да и сказанного не поняли, а вот я-то все слышала!
- Чтоб у тебя корень отсох, баляба безмозглый!
- Болдырь сиволапый!
- Гульнын сын!
- Елдыга захухреная!
- Буслай хохрикий!
... Через минуту я стояла красная, еще через две, старалась не смеяться...
Уродская живность! - послышался рев пытавшегося вытереть морду Волка. - Спалю и вас, и ваш лес, к дриадским проклятым!
Пьяная ведьма собиралась вмешаться, но... зря он так с белками, ох зря... В следующее мгновение Вовчинский понял две вещи - у белочек прицел очень хороший, и белочки очень любят грызть орешки... Все орешки! И то, что по форме на орешки похоже - тоже любят... погрызть!Елена Звездная "Все ведьмы - рыжие"
– Налево свалит? – Да у него мастер-класс по всем направлениям!
- Простите, а сигаретки не найдется?
И так злой Игнат крутанулся, воззрился на ничем не примечательное дерево у дороги и как рявкнет:
- Бросай курить!
Дерево внезапно открыло глаза - красные как в фильмах ужасов, раззявило пасть - жуткую и черную, протянуло к нам жуткие руки из веток и как заноет:
- Ну, Демон, ну миленький, во как хочется, - дерево рубануло себя по предположительно шее. - ты пойми, у меня же стресс, работа нервная, курить хочется...
- Марго, вылезай!
- Князь, не вылезу! - проорала в ответ, а затем вежливо поздоровалась со скелетом во фраке: - Генри, доброго вечера.
- Доброго вечера, леди, - мне даже поклонились. - Входите, я не кусаюсь.
Свежо придание, да верится с трудом...
- А ваш хозяин? - ехидно поинтересовалась я.
И получила невозмутимый ответ:
- В данный момент это мало вероятно, луна не в той фазе.
– Ребенок?! – Молча смотрю на Князя, тот повторно выдает перл: – У тебя есть ребенок?!
Мексиканские страсти отдыхают! Бабули, чья память хранит воспоминания о «Просто Марии», умильно вытирая слезы, потянулись вперед, мужикам явно стало скучно, молодежь все еще ждет клубнички. Почему-то я брякнула:
– Ну да… – и добавила: – Твой.
Аншлаг в глазах бабулек! Искреннее сочувствие всей мужской составляющей собственно Князю, оторопелый вид у молодежи.Но Стужев отреагировал достойно, хмуро вопросив:
– И сколько ему?
– Три года! – бодро ответила я.
Задумчивый Князь – не менее задумчиво:
– Почти четыре года назад… да, я тогда пил много… Это фактически сразу после аварии…
Полный аншлаг! Я такого жадного внимания никогда не наблюдала! Бабули затаили дыхание, женщины жаждали продолжения, девушки приглядывались к Князю, мужики чисто из солидарности продолжали ему сочувствовать, маршрутчики смирились и устроили остановку на три метра дальше.
– Кажется, я вспомнил, – продолжал «вспоминать» Князь, – ты тогда еще по ночам подрабатывала на Тверской…
Вот гад гадский.
– Ну да, – нагло отвечаю, – и пожалела тебя, болезного. Видишь, чем все закончилось? Нельзя быть доброй к людям, ох нельзя!
Князь усмехнулся и с некоторым восторгом протянул:
– Ведьма ты, Марго, я даже почти поверил.
– Что значит «почти поверил»? – возмутилась я. – Алименты платить кто будет?
И тут в толпе послышалось:
– Все, попал пацан.