Должность палача - это всеобхатывающая пожизненная роль, требующая постоянного самоанализа и бдительности.
Колективні упередження завжди помирають повільно, особливо в спільнотах, економічне положення яких погіршується, а соціальний статус нестабільний.
Разумеется, если бы все жители Нюрнберга были и впрямь столь честны, городу вряд ли бы понадобились услуги нового палача.
Дочери стали причиной беспокойства своих родителей с тех пор, как их придумали.
К одинокому домику в сосновом бору иногда приходили люди – посоветоваться о предметах, чересчур темных даже для таких непревзойденных светочей вразумления, как приходской священник и таверна.
Когда исполнилось детям по десять лет, один Философ собрался помирать. Созвал всех домочадцев и объявил, что пришло время проститься с ними всеми и намерен он преставиться как можно скорее. На беду, продолжил он, здравие его давно не было таким добрым, как нынче, но это, конечно, не преграда для намерения, ибо смерть зависит не от нездоровья, а от множества других предпосылок, подробностями коих он никого обременять не станет.
– Яд производит противоядие. Конец сокрыт в начале. Все тела разрастаются вокруг скелета. Жизнь есть исподнее смерти. В постель не пойду.
Давайте я вам лучше анекдотец. Старый, но проверенный, прямо как я. Ха-ха! Так вот, анекдот. 31 декабря. Все за новогодним столом, то-се. Бутылка, конечно! И телевизор с президентом – обращение же. Вот. И, значит, появляется президент – как положено, куранты у него, елка. И говорит: «Россияне! Я не устал. Я остаюсь». Зал довольно захохотал. Менты смеялись заливисто, басовито. У них был образцовый смех, смех из палаты мер и весов.
— Я бросаю себя к ее ногам. Каждую минуту каждого дня. Просто она этого не замечает.
- Душусь я ради себя, любимой. Ещё не хватало переводить духи ради мужского обоняния!