Мои цитаты из книг
К тому времени наши ссоры были окончательно забыты и мы оба по достоинству оценили ее честность и душевную щедрость, слишком поздно поняв, какую борьбу приходится выдерживать умной женщине, чтобы добиться признания в научном мире, где на женщину смотрят больше как на отвлечение от серьезной мыслительной работы.
Автор книги – видный американский ученый Джеймс Д. Уотсон. Каждый, кто следил за последними достижениями мировой биологии, наверняка слышал его имя рядом с именами англичан Фрэнсиса Крика и Мориса Уилкинса. Эти трое ученых, получившие в 1962 году Нобелевскую премию, сделали одно из самых значительных открытий в биологии XX века: установили структуру молекулы ДНК – генетического материала клетки, хранящего информацию о наследственных признаках организма. «Двойная спираль» – автобиографическая...
Можно обмануть человека, но нельзя обмануть металл!
В романе Лоис Макмастер Буджолд, лауреата премий «Хьюго» и «Небьюла», автора знаменитого цикла о Майлзе Форкостигане, читатель встретится с квадди – необычными существами, созданными методами генной инженерии и идеально приспособленными к жизни в невесомости. Обстоятельства сложились так, что у квадди нет иного выхода: они либо должны погибнуть, либо вступить в неравную борьбу со своими создателями из могущественной корпорации «Галак-Тэк»...
«Бог на него не действует, нужны другие аргументы», – быстро соображал Лео.
В романе Лоис Макмастер Буджолд, лауреата премий «Хьюго» и «Небьюла», автора знаменитого цикла о Майлзе Форкостигане, читатель встретится с квадди – необычными существами, созданными методами генной инженерии и идеально приспособленными к жизни в невесомости. Обстоятельства сложились так, что у квадди нет иного выхода: они либо должны погибнуть, либо вступить в неравную борьбу со своими создателями из могущественной корпорации «Галак-Тэк»...
– Вырвите мне язык, если услышите, что я говорю по-армянски. – Мог и такое сказануть. В семнадцатом веке турки наказание такое придумали каждому, кто говорил не по-турецки, – язык вырывали.
«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта Второй Мировой войны, так и некоторые детали воззрений на современную живопись и искусство в целом.
– Муса Дах! – восклицал он. Так называлось местечко в Турции, где горстка армян – мирных жителей сорок дней и ночей противостояла турецким солдатам...
«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта Второй Мировой войны, так и некоторые детали воззрений на современную живопись и искусство в целом.
– Пора бы уже в Сан-Игнасио воздвигнуть памятник Месропу Маштоцу! – иронизировал он. Месроп Маштоц, живший примерно за четыреста лет до рождества Христова, создал армянский алфавит, совершенно не похожий на другие алфавиты.
«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта Второй Мировой войны, так и некоторые детали воззрений на современную живопись и искусство в целом.
...та же мысль заставила импрессионистов, кубистов, дадаистов, сюрреалистов и прочих «истов» предпринять щедро вознагражденные усилия с целью создания хороших картин, которых не повторят ни камера, ни художники...
«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта Второй Мировой войны, так и некоторые детали воззрений на современную живопись и искусство в целом.
Сам он знал Шекспира в переводе на армянский вдоль и поперек и часто читал его наизусть. «Быть или не быть…», например, у него звучало: «Линел кам шлинел…»
«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта Второй Мировой войны, так и некоторые детали воззрений на современную живопись и искусство в целом.
...современное молодое поколение ничего не хочет знать, норовит прожить с минимумом информации...
«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта Второй Мировой войны, так и некоторые детали воззрений на современную живопись и искусство в целом.
Продолжай верить в свою мечту, трудиться ради нее и доказывать возможность осуществления успехом.
Третья из четырёх увлекательных книг Луизы Мей Олкотт — продолжение книг "Маленькие женщины" и "Хорошие жены". В ней рассказывается о Джо Марч, которая открывает школу для детей и воспитывает их с любовью матери, встречаясь с трудностями на пути, но не теряя надежду и любовь к своим воспитанникам, она вместе с мужем и учениками выходит победительницей в этой жизненной борьбе.