Мои цитаты из книг
Я вдруг подумал: а каково это – быть взрослым? Может, ты всегда ощущаешь на себе груз, чувствуешь, как заботы давят на тебя, словно ноша, которую нельзя стряхнуть? Тогда не удивительно, что Питер может летать. У него нет забот, которые прижимали бы его к земле.
Всем известна только одна версия моей истории. Но кроме нее – есть правда. И она о том, как я превратился из самого первого и любимого потерянного мальчишки Питера Пэна в его величайшего врага… Питер привел меня на остров, потому что там не было правил и взрослых, которые могли о нас позаботиться. Забавы ради он приводил мальчишек из Другого Места, но забавы Питера острее пиратской сабли. Потому что на острове никогда не было игр и веселья. Наши соседи – пираты и монстры. Наши игрушки – нож,...
Подъём в 4.30 утра для перелета в Кроутаун. А-а-а! Был рейс в гораздо более разумное время, но его отменили. Это не жизнь на полную катушку, а какая-то жизнь на встречной полосе.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
Я злюсь, потому что скоро потеряю друга.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
Кто-то сказал, что у меня очень невозмутимое лицо. Не хватило духу объяснить, что это потому, что мое тело уверено, что сейчас пять часов утра.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
На экране было мое сердце. Я почувствовал, что вырубаюсь, и подумал: «Господи, как круто. Последним, что я увижу, будет мое сердце, которое все ещё бьется».
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
Заметьте, вселенной плевать, что у вас нет времени.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
"Когда вислоухий спаниель удачи тычется носом вам в руки, неплохо бы иметь в кармане ошейник с поводком."
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
Некоторые книжные магазины считают, что люди — это неприятность, которую стоит наказать, а вовсе не клиенты.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
Человечество постоянно суёт пальцы в розетку вселенной, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.
Среди моих друзей есть разные верующие. Кто-то из них молится за меня. Я рад, что им хочется это делать, правда рад, но, наверное, наука помогла бы лучше.
Сборник статей и эссе знаменитого создателя Плоского мира Терри Пратчетта. Он легко и с юмором рассказывает о писательском закулисье. Но у смеха всегда есть изнанка – и у Пратчетта, мастера слова, это серьезные и пронзительные размышления о свободе и праве человека на смерть.