Мои цитаты из книг
Эгоизм - это основной принцип всего чисто светского образования [помним, что он - верующий].
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
Это [вивисекция] зло, которое имеет тенденцию к постоянному распространению. И если сейчас с ним примириться или даже сделать вид, что мы его не замечаем, век всеобщего образования, когда науки, и среди них анатомия, станут наследием всех, будет возвещен криком боли, издаваемым животным творением, который разнесется по все земле!
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
Я слышал из уст священников анекдоты, чье ужасающее богохульство превосходило все, что было бы даже возможно на сцене.
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
... по его словам, в России мало кто говорит на каком-нибудь другом языке, кроме русского [1867 г.].
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
Вся местность от русской границы до Петербурга была совершенно плоской и неинтересной, если не считать ... мелькавших иногда церквей ... весьма напоминавших ... обеденный судок.
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
Но чем больше видишь эти [православные/русские] роскошные службы с их многочисленными способами воздействия на органы чувств, тем больше любишь простую и бесхитростную (но, по моему мнению, более реальную) службу Английской церкви.
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
... свирепый, грубоватый на вид русский солдат сменился более мягким и вежливым прусским. Даже крестьяне, казалось, были более высокого порядка, в них чувствовалось больше индивидуальности и независимости: русский крестьянин, с его мягким, тонким, часто благородным лицом, всегда напоминает мне покорное животное, давно привыкшее молча переносить грубость и несправедливость, чем человека, способного и готового себя защищать.
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
... после русских детей, чей тип лица, как правило, безобразен и, в виде исключения, просто некрасив, испытываешь облегчение, снова оказавшись среди немцев с их большими глазами и тонкими чертами.
Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и рационального. Не исключено, что именно потому, написав «Алису в Стране Чудес» — знаменитую книгу о девочке, которую любопытство завело в безумный подземный мир, — Кэрролл отправился путешествовать в Россию. Это решение нелегко объяснить, ведь у себя в Англии писатель слыл заядлым...
Летом 1940 г. прибыли от завоеваний вскружили голову нацистам. Грабежи, даже если ими занимаются пунктуальные немцы – не такая деятельность, которая бы поддавалась точной статистической оценке.
Ключевое место во всех описаниях Второй мировой войны занимало представление о нацистской Германии как о неукротимом монстре, опиравшемся на высоко индустриализованную экономику. Но что, если на самом деле все было совсем по-иному? Что, если корни европейской трагедии XX века скрывались не в силе Германии, а в ее слабости? Из-под пера Адама Туза вышло первое за поколение радикально новое описание Второй мировой войны. Автор добился этого, уделив ключевое внимание экономике, наряду с расовыми...
– Зачем любить кого-то, если в конце концов у нас всех забирают? – спросил он, не глядя на сестру. – Отца мы больше не увидим. И маму, скорее всего, тоже. Когда я об этом думаю, дышать больно. Лучше бы у меня вовсе не было родителей.
Паз ответила не сразу. Наконец она подползла поближе к брату и обняла его.
– Я знаю, Под. Боюсь, эта боль останется с нами навечно. Придётся смириться: теперь она – часть нашей жизни. Но мы должны быть сильными. Думаю, этого хотел бы отец.
Белоснежное одеяло покрывает широкие склоны холмов, известных как Острый хребет. Шурх-шорх. Шурх-шорх. Кто-то бредет по глубокому снегу, и звук тяжелых шагов далеко разносится в ночной тиши. В канун Куманельника, праздника зимнего солнцестояния, в нору под названием Торнвуд пришел бард. У него на плечах была только истрепавшаяся в странствиях одежда, а в голове бессчетные сказания. И одно из них он приготовил для любопытных крольчат, которые притихли у очага в предвкушении рассказа. Это...