В голове у меня царил полный хаос. Цвета, текстуры, мысли перепутались. Я снова потеряла ощущение времени и не могла бы сказать, как долго все это длилось – двое суток или несколько минут. Но постепенно я пришла в себя. Услышала тихое попискивание, вернувшееся к прежнему мерному ритму, услышала жужжание дыхательного аппарата и шипение просачивающегося из трубки воздуха, услышала плач Тибо.
Встреча двух пар губ – это подлинное чудо.
Надо сказать, что шесть лет совместной жизни не проходят бесследно. Для меня ее уход был тяжким ударом, и с тех пор я все еще не пришел в себя. Так что моя прическа – последнее, что меня интересует.
Женщины и представить себе не в состоянии, что порой творится в головах мужчин. Им часто кажется, что они пусты, но про себя я твердо знаю, что в моем сознании не утихает буря.
Я смотрю в зеркало, вижу свое отражение, но не вижу себя. Я не чувствую, какая я. Вижу отдельно губы, отдельно нос, отдельно глаза, но у меня не складывается впечатление о том, какую картинку они дают все вместе... наверное, что-нибудь убогое и отвратное.
Я часто просыпалась по ночам, оттого что сердце пульсировало в пальцах, как будто лежало в ладони.
В голове тут же нарисовались картинки, одна извращенней другой. Ох, зря я столько романов женских прочитала, теперь познанная оттуда теория разрывает мне мозг.
– Простите, эра Шторм, за доставленные неприятности. Мы жалеем о случившемся, постараемся исправиться! – В смысле постараетесь больше не попадаться? – уточнил я. – Так точно. То есть никак нет!
– Что вы несете? – нахмурились Аурика. – Несу правду и свет. А еще вечный покой всяким наглым призракам, – подмигнул ей, осторожно потянул за собой, демонстрируя, как нужно обходить пентаграмму.
– Ведьма, – постановил я, ухмыляясь. – Тс, это секрет. – Теперь в ее голосе точно слышалась улыбка. – И вы обещали никому меня не выдавать. – Обещал – значит, не выдам. Оставлю себе…