Граф Дитрих фон Гюльсен-Хеселер, глава кайзеровского военного секретариата, скончался от сердечного приступа в 1908 году, исполняя послеобеденный сольный танец в балетной пачке перед собравшимися в шварцвальдском охотничьем домике.
Французский сановник, пожертвовавший на нужды страны свой любимый автомобиль, через несколько дней был взбешен, увидев едущую в нем по Рю де Риволи любовницу военного министра.
Широкие плечи молодого человека были втиснуты в парадную тужурку с надраенными пуговицами, а воротничок-стойка подпирал самый крутой и надменный подбородок, который я только видела в жизни.
Он спрятал меня в своем большом теле, как в большом доме с камином, высокими окнами, с деревянным полом и двумя спящими далматинцами в прихожей… Это был мой собственный дом. Там появятся дети и тяжелые шторы на окнах, и немного коньяка перед сном, и огромная спальня. И влажные птицы во влажном от дождя лесу… Мое собственное тело, мой собственный дом…
По своду морских правил, если судно брошено командой, то его хозяином автоматически становится тот, кто это судно найдёт и приведет в ближайший порт.
...рискнул всем ради всего...
Книги достаточно дороги, а это кое-что значит; люди вообще мало заботятся о том, чтобы купить хорошую книгу, им нужно то, о чём говорят, что популярно в клубе, который они посещают; что же касается содержимого, то на него им плевать.
Мне не повезло с этой девицей: перепьет она или перетрахается - вечно ей плохо.
У меня было все, чего не было у него. А у него были бабки. Мы были созданы для того, чтобы сойтись.
— Это — цепь книжных лавок? — Да. Филиалы. — Так, — сказал я, — что раскупается лучше всего? — О! Романы. Плохие романы, но это нас не касается.