«Вовремя я умер. Как чувствовал, что ничего хорошего этому миру не светит.»
— Ну и как? — насмешливо осведомился призрак моего отца. — Ты хоть что-то понял, горе моё? Поначалу я принял его вопрос за голос собственного разума, а потому был честен: — Ничего.
- Легко сказать - объясни по- человечески. По-человечески я и самому себе объяснить не могу. - Себе можешь не объяснять. А мне - будь добр.
– Ты сейчас говоришь удивительные вещи. – Говорить неудивительные вещи и без меня найдутся охотники.
«Человек — величина переменная. Когда кто-то все время поворачивается к нам одним и тем же боком, мы начинаем думать, будто неплохо его знаем. А однажды он внезапно развернётся и — оп! — превратится в таинственного незнакомца.»
«Никогда не угадаешь, что для тебя важно, а что нет. А мне все кажется одинаково важным или, наоборот, неважным, но — одинаково.»
«Не сердитесь, сэр, такая уж у меня манера. В своё время я обнаружил, что смеяться над людьми — прекрасный способ не убивать их чаще, чем требуется.»
Ведь в итоге все на свете когда-нибудь кончается...
Каждый умирает в одиночку, Эрагон. Будь ты королём на поле брани или жалким крестьянином, лежащим на смертельном ложе в кругу своей семьи, никто не последует за тобой в вечную пустоту.
Судьба не бывает добра к тем, кто слишком робок.