admin

Ясно одно: у Горбачева были все необходимые полномочия, чтобы подобные диверсии в стране пресечь. Не пресек. Не смог или не захотел? Если не смог, то почему? Если не захотел, то по какой причине? Понятно, что гигантский механизм разрушения экономики, основ государственности, права, социальной жизни был управляем.

ГКЧП ПРОТИВ ГОРБАЧЕВА. ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ЗА СССР

Геннадий Янаев

Геннадий Иванович Янаев с июля 1990-го по январь 1991 г. был членом Политбюро и секретарем Центрального Комитета КПСС. С декабря 1990 г. занимал должность вице-президента Советского Союза. Во время августовских событий 1991 г. Г.И. Янаев был назначен исполняющим обязанности президента СССР. За участие в ГКЧП был привлечен к уголовной ответственности, 4 сентября 1991 г. освобожден от обязанностей вице-президента СССР и помещен в тюрьму «Матросская тишина»; в 1994 г. освобожден по амнистии...

Не раз и не два я слышал в провинции это самое "Купили москвичи". Отъедешь от столицы хоть на сотню, хоть на полсотни километров - и уже "Купили москвичи". Для жителя Тульской губернии или Костромской, или Тамбовской, или даже Московской этот оборот означает что-то вроде "Пожрала саранча" или "Побил град".

Повесть о двух головах, или Провинциальные записки

Михаил Бару

Эта книга о русской провинции. О той, в которую редко возят туристов или не возят их совсем. О путешествиях в маленькие и очень маленькие города с малознакомыми или вовсе незнакомыми названиями вроде Южи или Васильсурска, Солигалича или Горбатова. У каждого города своя неповторимая и захватывающая история с уникальными людьми, тайнами, летописями и подземными ходами.

Центр города представляет собой довольно жалкое зрелище - добротные купеческие особняки перемежаются современными постройками без лица и характера. К старинным особнякам пристраивают лавочки, мансардные этажи на манер скворечников, в оконные проёмы, обрамлённые резными старинными наличниками, вставляют белые пластиковые стеклопакеты и всё обвешивают сверху донизу рекламой. Напоминает всё это челюсть пенсионера - тут тебе и несколько своих, ещё вполне крепких зубов, тут - коронки стальные, тут - металлокерамические, тут - мост, а тут - и вовсе голая розовая десна.

Повесть о двух головах, или Провинциальные записки

Михаил Бару

Эта книга о русской провинции. О той, в которую редко возят туристов или не возят их совсем. О путешествиях в маленькие и очень маленькие города с малознакомыми или вовсе незнакомыми названиями вроде Южи или Васильсурска, Солигалича или Горбатова. У каждого города своя неповторимая и захватывающая история с уникальными людьми, тайнами, летописями и подземными ходами.

От Одоева до Белёва сорок три километра сплошного Левитана

Повесть о двух головах, или Провинциальные записки

Михаил Бару

Эта книга о русской провинции. О той, в которую редко возят туристов или не возят их совсем. О путешествиях в маленькие и очень маленькие города с малознакомыми или вовсе незнакомыми названиями вроде Южи или Васильсурска, Солигалича или Горбатова. У каждого города своя неповторимая и захватывающая история с уникальными людьми, тайнами, летописями и подземными ходами.

...В день усекновения главы Иоанна Предтечи окрестные марийцы в белых одеждах собираются на вершине холма для совершения своих языческих обрядов в честь бога Кугу-Юмо. Поклоняются священному Супротивному ключу и приносят жертвы священной сосне на берегу Волги. Почему в день усекновения главы Иоанна Предтечи? Да потому, что марийцы ещё и православные.

Повесть о двух головах, или Провинциальные записки

Михаил Бару

Эта книга о русской провинции. О той, в которую редко возят туристов или не возят их совсем. О путешествиях в маленькие и очень маленькие города с малознакомыми или вовсе незнакомыми названиями вроде Южи или Васильсурска, Солигалича или Горбатова. У каждого города своя неповторимая и захватывающая история с уникальными людьми, тайнами, летописями и подземными ходами.

“Прощенья, пощады ждешь? От кого? Природа, она, брат, тоже женского рода!”

Страх, как блуд, и пугает, и манит.

...я на войне был, в пекле окопов насмотрелся всего и знаю, ох как знаю, что она, кровь-то, с человеком делает! Оттого и страшусь, когда люди распоясываются в стрельбе, пусть даже по зверю, по птице, и мимоходом, играючи, проливают кровь. Не ведают они, что, перестав бояться крови, не почитая ее, горячую, живую, сами для себя незаметно переступают ту роковую черту, за которой кончается человек и из дальних, наполненных пещерной жутью времен выставляется и глядит, не моргая, низколобое, клыкастое мурло первобытного дикаря.

Но зря сказывается: женщина- тварь божья, за нее и суд и кара особые. До него же, до бога, без молитвы не дойдешь. Вот и прими заслуженную кару, и коли ты хотел когда -то доказать, что есть мужик, - им останься! Не раскисай, не хлюпай носом, молитвов своедельных не сочиняй, притворством себя и людей не обманывай. Прощенья, пощады ждешь? От кого? Природа, она, брат, тоже женского рода! Значит, всякому свое, а богу - богово! Освободи от себя и от вечной вины женщину, прими перед этим все муки сполна, за себя, за тех, кто сей момент под этим небом, на этой земле мучает женщину, учиняет над нею пакости.

Злу надо противиться, иначе оно раздавит. Ибо у зла на вооружении все: пушки, бомбы, автоматы, концлагеря, насилие, коварство, жестокое равнодушие к людям, к человеческому сердцу...