admin

Чеховские симпатии к евреям были сродни его отношению к женщинам: даже будучи убежденным в том, что еврею так же не дано постичь русского человека, как женщине сравниться по интеллекту с мужчиной, он активно выступал за их равноправие.

Увы, я не способен на такое сложное, запутанное дело, как женитьба. И роль мужа меня пугает, в ней есть что-то суровое, как в роли полководца. По лености своей, я предпочитаю более легкое амплуа.

Я с детства уверовал в прогресс и не мог не уверовать, так как разница между временем, когда меня драли, и временем, когда перестали драть, была страшная. Я любил умных людей, нервность, вежливость, остроумие Но толстовская философия сильно трогала меня, владела мною лет 6–7, и действовали на меня не основные положения, которые были мне известны и раньше, а толстовская манера выражаться, рассудительность и, вероятно, гипнотизм своего рода. Теперь же во мне что-то протестует; расчетливость и справедливость говорят мне, что в электричестве и паре любви к человеку больше, чем в целомудрии и в воздержании от мяса.

Дожидаясь, пока ему не станет лучше, он дни напролет проводил с Куприным, который, по его собственному признанию, перепробовал в жизни все, кроме беременности.

"- Не так-то много у нас мастеров по развязыванию войн. Я всегда голову ломал - и как ты только это делаешь? - На самом деле все просто. У каждого человека есть слабости и уязвимые места. И если постараться, всегда можно отыскать давно брошенное зерно будущей вражды. Люди глупы, они думают, что старые обиды забываются."

Птицелов

Юлия Остапенко

Они встретились на великолепном турнире — Марвин из Фостейна, наивный мальчишка, только что заслуживший рыцарские шпоры, и прожженный циник и авантюрист Лукас Джейдри, известный под метким прозвищем Птицелов. И первая же их встреча едва не стоила Марвину жизни — ведь Птицелов немедленно ощутил к нему острую неприязнь… Однако древние боги Хандл-Тера сказали свое слово — и отныне эти двое обречены на все новые и новые встречи, новые и новые витки противостояния. Противостояния, от исхода...

"...со Стойнби он оставался неизменно вежлив. Это была одна из немногих наук, которые успел вколотить в него отец, прежде чем отбыл к Единому: всегда будь любезен со своими соседями, если не хочешь просидеть всю жизнь, окопавшись в замке и отражая штурмы." (с)

Птицелов

Юлия Остапенко

Они встретились на великолепном турнире — Марвин из Фостейна, наивный мальчишка, только что заслуживший рыцарские шпоры, и прожженный циник и авантюрист Лукас Джейдри, известный под метким прозвищем Птицелов. И первая же их встреча едва не стоила Марвину жизни — ведь Птицелов немедленно ощутил к нему острую неприязнь… Однако древние боги Хандл-Тера сказали свое слово — и отныне эти двое обречены на все новые и новые встречи, новые и новые витки противостояния. Противостояния, от исхода...

"Молчание порой - самая действенная ложь." (с)

Птицелов

Юлия Остапенко

Они встретились на великолепном турнире — Марвин из Фостейна, наивный мальчишка, только что заслуживший рыцарские шпоры, и прожженный циник и авантюрист Лукас Джейдри, известный под метким прозвищем Птицелов. И первая же их встреча едва не стоила Марвину жизни — ведь Птицелов немедленно ощутил к нему острую неприязнь… Однако древние боги Хандл-Тера сказали свое слово — и отныне эти двое обречены на все новые и новые встречи, новые и новые витки противостояния. Противостояния, от исхода...

Это тебе теперь так кажется, – возразил отец с важностью, соответствующей его возрасту, – а вот подожди: начнешь толстеть – начнешь умнеть. Толщина и мудрость, Сэмми, всегда произрастают вместе.

Замогильные записки Пикквикского клуба

Чарльз Диккенс

Проходят годы, меняются вкусы, но ничто не в силах затмить блистательный образ восторженного и наивного чудака мистера Пиквика — плод вымысла классика мировой литературы Чарлза Диккенса. Он рисует старую Англию с самых различных её сторон, прославляя то её добродушие, то обилие в ней живых и симпатичных сил, которые приковали к ней лучших сынов мелкой буржуазии. Он изображает старую Англию в добродушнейшем, оптимистическом, благороднейшем старом чудаке, имя которого — мистер Пиквик —...

C незапамятных времен почему-то случалось так, что многие из наилучших и способнейших философов, которые были истинными светочами науки в области теории, оказывались совершенно неспособными применять эти теории на практике.

Замогильные записки Пикквикского клуба

Чарльз Диккенс

Проходят годы, меняются вкусы, но ничто не в силах затмить блистательный образ восторженного и наивного чудака мистера Пиквика — плод вымысла классика мировой литературы Чарлза Диккенса. Он рисует старую Англию с самых различных её сторон, прославляя то её добродушие, то обилие в ней живых и симпатичных сил, которые приковали к ней лучших сынов мелкой буржуазии. Он изображает старую Англию в добродушнейшем, оптимистическом, благороднейшем старом чудаке, имя которого — мистер Пиквик —...

Мысли действуют как магниты; они имеют определенную частоту. Когда вы думаете, ваши мысли летят во Вселенную и магнетически притягивают подобное им - все, что находится на той же частоте. Что бы ни было послано в мир, оно возвращается к своему источнику - к вам.

Тайна

Ронда Берн

Фрагменты великой тайны можно найти в устном народном творчестве, в литературе, религиозных и философских течениях всего мира на много столетий вглубь веков. Впервые все части Тайны сведены вместе в потрясающем откровении, которое изменит жизнь каждого прочитавшего книгу. Из этой книги Вы узнаете, как использовать Тайну во всех аспектах своей жизни — деньги, здоровье, отношения и, вообще, для любого взаимодействия с внешним миром. Вы начнете понимать скрытую и нетронутую силу внутри вас, и это...