Мои цитаты из книг
По моему мнению всё вокруг его сердца было как бы покрыто толстым слоем чёрного лака и затвердело. Ни одна капля того потока крови, который я хотел влить в него, не проникала внутрь этого сердца, но каждая отскакивала обратно.
В произведении разворачивается картина трансформации японского общества на фоне развития дружеских отношений между юношей и пожилым человеком, которого первый называет Сэнсэем (или же Учителем). Образ последнего во многом является автобиографичным — принадлежностью к определенной эпохе, возрастом, полученным образованием и взглядами Учитель во многом напоминает самого Сосэки.
В те времена ещё не было таких словечек, как "пробуждение", "новая жизнь". Однако К. не сбросил с себя прежнего человека и не устремился всей душой на новый путь не потому, что у него не было идей, присущих современных людям. У него было прошлое, которым он дорожил, из-за которого он был не в силах сбросить это прежнее своё я. Благодаря этому прошлому, можно сказать, он дожил до сего дня.
В произведении разворачивается картина трансформации японского общества на фоне развития дружеских отношений между юношей и пожилым человеком, которого первый называет Сэнсэем (или же Учителем). Образ последнего во многом является автобиографичным — принадлежностью к определенной эпохе, возрастом, полученным образованием и взглядами Учитель во многом напоминает самого Сосэки.
Я всегда бежал из Токио, едва дождавшись конца экзаменов. Так мила мне была моя родина. Вы тоже это знаете: самый воздух родных мест - другой, самый запах земли - особенный. Всюду блуждают воспоминания об отце и матери. Пробыть два месяца в году - июль и август - в этом воздухе, запрятавшись туда, как змея в свою нору, было для меня теплее и приятнее всего остального.
В произведении разворачивается картина трансформации японского общества на фоне развития дружеских отношений между юношей и пожилым человеком, которого первый называет Сэнсэем (или же Учителем). Образ последнего во многом является автобиографичным — принадлежностью к определенной эпохе, возрастом, полученным образованием и взглядами Учитель во многом напоминает самого Сосэки.
— А вам никогда не было страшно? — В жизни? Не знаю. Кое-чего я боюсь — быть запертым или связанным. Боюсь быть связанным по рукам и ногам.
Дэвид Герберт Лоуренс (1885–1930) – английский романист, поэт, эссеист, чье творчество вызывало полярные суждения читателей, критиков и общественности. Его романы «Любовник леди Чаттерли», «Сыновья и любовники», «Радуга» и «Женщины в любви» вошли в ряд 100 лучших романов XX в. Ими зачитывались и в то же время осуждали как непристойные. Роман «Женщины в любви» был издан в 1920 году ограниченным тиражом. История двух жаждущих страстей сестер Гудрун и Урсулы и их возлюбленных мужчин Джеральда и...
По жилам, просвечивающим сквозь светлую кожу, казалось, течет не горячая живая, а консервированная кровь, и лишь благодаря обаянию юности она казалась не холодной и туповатой, а наивной и чистой.
Графиня Эллен Оленская погружена в свой мир, который сродни музыке или стихам. Каждый при одном лишь взгляде на нее начинает мечтать о неизведанном. Но для Нью-Йорка конца XIX века и его консервативного высшего света ее поведение скандально. Кузина графини, Мэй, напротив — воплощение истинной леди. Ее нетерпеливый жених, Ньюланд Арчер, неожиданно полюбил прекрасную Эллен накануне своей свадьбы. Эти люди, казалось, были созданы друг для друга, но ради любви юной Мэй к Ньюланду великодушная...
Дело джентльмена — наблюдать и ни в чем не участвовать.
Графиня Эллен Оленская погружена в свой мир, который сродни музыке или стихам. Каждый при одном лишь взгляде на нее начинает мечтать о неизведанном. Но для Нью-Йорка конца XIX века и его консервативного высшего света ее поведение скандально. Кузина графини, Мэй, напротив — воплощение истинной леди. Ее нетерпеливый жених, Ньюланд Арчер, неожиданно полюбил прекрасную Эллен накануне своей свадьбы. Эти люди, казалось, были созданы друг для друга, но ради любви юной Мэй к Ньюланду великодушная...
«Репутация надежного человека во много раз увеличивает возможность разузнавать о том, что его интересует.»
Графиня Эллен Оленская погружена в свой мир, который сродни музыке или стихам. Каждый при одном лишь взгляде на нее начинает мечтать о неизведанном. Но для Нью-Йорка конца XIX века и его консервативного высшего света ее поведение скандально. Кузина графини, Мэй, напротив — воплощение истинной леди. Ее нетерпеливый жених, Ньюланд Арчер, неожиданно полюбил прекрасную Эллен накануне своей свадьбы. Эти люди, казалось, были созданы друг для друга, но ради любви юной Мэй к Ньюланду великодушная...
«Красота, пусть даже и полная сомнений в своих силах, пробуждает уверенность в мужском сердце. »
Графиня Эллен Оленская погружена в свой мир, который сродни музыке или стихам. Каждый при одном лишь взгляде на нее начинает мечтать о неизведанном. Но для Нью-Йорка конца XIX века и его консервативного высшего света ее поведение скандально. Кузина графини, Мэй, напротив — воплощение истинной леди. Ее нетерпеливый жених, Ньюланд Арчер, неожиданно полюбил прекрасную Эллен накануне своей свадьбы. Эти люди, казалось, были созданы друг для друга, но ради любви юной Мэй к Ньюланду великодушная...
«Неосмотрительные люди нередко действуют из лучших побуждений».
Графиня Эллен Оленская погружена в свой мир, который сродни музыке или стихам. Каждый при одном лишь взгляде на нее начинает мечтать о неизведанном. Но для Нью-Йорка конца XIX века и его консервативного высшего света ее поведение скандально. Кузина графини, Мэй, напротив — воплощение истинной леди. Ее нетерпеливый жених, Ньюланд Арчер, неожиданно полюбил прекрасную Эллен накануне своей свадьбы. Эти люди, казалось, были созданы друг для друга, но ради любви юной Мэй к Ньюланду великодушная...
По сложившемуся в веках стандарту женщина имела право быть менее правдивой, чем мужчина, – она была существом зависимым, порабощенным и, следовательно, владела искусством изворотливости. К тому же она всегда могла сослаться на настроение или нервы, что служило основанием для того, чтобы ее не судили слишком строго, – и даже в самом высоконравственном обществе предметом насмешек становился исключительно муж.
Графиня Эллен Оленская погружена в свой мир, который сродни музыке или стихам. Каждый при одном лишь взгляде на нее начинает мечтать о неизведанном. Но для Нью-Йорка конца XIX века и его консервативного высшего света ее поведение скандально. Кузина графини, Мэй, напротив — воплощение истинной леди. Ее нетерпеливый жених, Ньюланд Арчер, неожиданно полюбил прекрасную Эллен накануне своей свадьбы. Эти люди, казалось, были созданы друг для друга, но ради любви юной Мэй к Ньюланду великодушная...