admin

В ранней юности Стоунер представлял себе любовь как абсолютное состояние бытия, доступное тем, кому улыбнулась судьба; повзрослев, он стал думать о ней как о небесах ложной религии, на которые разумный человек может взирать либо с добродушным неверием, либо с мягко-фамильярным презрением, либо со смущением и ностальгической печалью. Ныне, в среднем возрасте, он начал понимать, что любовь - и не божественная благодать, и не иллюзия; он увидел в ней человеческий акт становления, состояние, которое поминутно и день ото дня творят и совершенствуют воля, ум и сердце.

В ранней юности Стоунер представлял себе любовь как абсолютное состояние бытия, доступное тем, кому улыбнулась судьба; повзрослев, он стал думать о ней как о небесах ложной религии, на которые разумный человек может взирать либо с добродушным неверием, либо с мягко-фамильярным презрением, либо со смущением и ностальгической печалью. Ныне, в среднем возрасте, он начал понимать, что любовь - и не божественная благодать, и не иллюзия; он увидел в ней человеческий акт становления, состояние, которое поминутно и день ото дня творят и совершенствуют воля, ум и сердце.

В ранней юности Стоунер представлял себе любовь как абсолютное состояние бытия, доступное тем, кому улыбнулась судьба; повзрослев, он стал думать о ней как о небесах ложной религии, на которые разумный человек может взирать либо с добродушным неверием, либо с мягко-фамильярным презрением, либо со смущением и ностальгической печалью. Ныне, в среднем возрасте, он начал понимать, что любовь - и не божественная благодать, и не иллюзия; он увидел в ней человеческий акт становления, состояние, которое поминутно и день ото дня творят и совершенствуют воля, ум и сердце.

В ранней юности Стоунер представлял себе любовь как абсолютное состояние бытия, доступное тем, кому улыбнулась судьба; повзрослев, он стал думать о ней как о небесах ложной религии, на которые разумный человек может взирать либо с добродушным неверием, либо с мягко-фамильярным презрением, либо со смущением и ностальгической печалью. Ныне, в среднем возрасте, он начал понимать, что любовь - и не божественная благодать, и не иллюзия; он увидел в ней человеческий акт становления, состояние, которое поминутно и день ото дня творят и совершенствуют воля, ум и сердце.

Стоунер

Джон Уильямс

Поэт и прозаик Джон Уильямс (1922–1994)» лауреат Национальной книжной премии США, выпустил всего четыре романа, и один из них – знаменитый «Стоунер», книга с необычной и счастливой судьбой. Впервые увидев свет пятьдесят лет назад, она неожиданно обрела вторую жизнь в XXI веке. Переиздание вызвало в Америке колоссальный резонанс. Знаменитая на весь мир Анна Гавальда взялась за французский перевод, и «Стоунер» с надписью на обложке «Прочла, полюбила и перевела Анна Гавальда» покорил Францию....

В любой повседневной сценке можно за пару секунд высмотреть что-нибудь удивительное

Остановить женское любопытство не под силу даже танку.

Остановить женское любопытство не под силу даже танку.

Милые кости

Элис Сиболд

«Шестого декабря тысяча девятьсот семьдесят третьего года, когда меня убили, мне было четырнадцать лет» — так начинается самый поразительный бестселлер начала XXI века, трагическая история, написанная на невероятно светлой ноте. «Милые кости» переведены на сорок языков, разошлись многомиллионным тиражом и послужат основой для следующего, после «Властелина колец» и «Кинг-конга», кинопроекта Питера Джексона. В этом романе Сюзи Сэлмон приспосабливается к жизни на небесах и наблюдает сверху, как...

... Мне же отнюдь не противен Плач о возлюбленных мёртвых, постигнутых общей судьбиной; Нам, земнородным страдальцам, одна здесь надёжная почесть: Слёзы с ланит и отрезанный локон волос на могиле.

... Мне же отнюдь не противен Плач о возлюбленных мёртвых, постигнутых общей судьбиной; Нам, земнородным страдальцам, одна здесь надёжная почесть: Слёзы с ланит и отрезанный локон волос на могиле.

...ты действительно очень хорошая. И мне подходила бы на все сто, если бы ты не была ты.