Мои цитаты из книг
Восхищение было началом любви.
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
И то, что сделала природа, казалось, создано было искусством.
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
«Козлы гонялись за козами и наскакивали на них с любовной страстью и бились за коз; у каждого были свои, и каждый их охранял, чтоб как-нибудь с ними другой козел тайком не связался»
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
Больна я, но что за болезнь, не знаю; страдаю я, но нет на мне раны; тоскую я, но из овец у меня ни одна не пропала. Вся я пылаю, даже когда сижу здесь, в тени. Сколько раз терновник царапал меня, и я не стонала, сколько раз пчелы меня жалили, а я от еды не отказывалась. Но то, что теперь мое сердце ужалило, много сильнее. Дафнис красив, но красивы и цветы, прекрасно звучит его свирель, но прекрасно ноют и соловьи, а ведь о них я вовсе не думаю. О, если б сама я стала его свирелью, чтобы дыханье его в меня входило, или козочкой, чтобы пас он меня.
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
В каком бы виде он ни нашел красоту, он попадает к пей в плен; потому-то и влюбляются в дерево, в реку и в дикого зверя. Впрочем, кто не пожалеет влюбленного, которому надо бояться любимого? Вот и я люблю тело раба, но красоту — свободного.
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
Ведь никто любви не избежал и не избегнет, пока есть красота и глаза, чтобы ее видеть.
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
Страдают влюбленные — и мы страдаем. Забывают о пище — мы уж давно о ней забыли; не могут спать — это и нам сейчас терпеть приходится. Кажется им, что горят, — и нас пожирает пламя. Хотят друг друга видеть, — потому-то и мы молимся, чтобы поскорее день наступил. Пожалуй, это и есть любовь; и мы, не зная того, друг друга любим. Если это не любовь и если не любят меня, то чего ж мы тогда мучимся, чего друг к другу стремимся?
Исследователи древнегреческих рукописей не могут с уверенностью сказать, кто же автор данного произведения. В одной надписи с острова Лесбос — а этот остров и является местом действия повести — упоминается имя некоего жреца Лонга, вот почему литературная традиция сохраняет за автором повести это латинское имя, хотя повесть написана по-гречески. Столь же мало определенного можно сказать о времени написания «Дафниса и Хлои». Повесть «Дафнис и Хлоя» в истории литературы принято называть...
Если ты не знаешь, кто за столом дурак, это наверняка ты.
Келлен Аргос – маг с одним заклинанием, не лучшей репутацией и практически нулевой удачей. Он будто притягивает неприятности! Келлен по незнанию совершил ужасное: вытер измазанный кровью флаг Дароменской империи. И теперь ему придётся ответить за это. По закону Дарома королева обязана немедленно его казнить… Если только он не обыграет её в карты. Келлен уверен в себе и своей победе, как никогда. Ведь карты – это почти единственное, в чём он мастер. К тому же королева ещё совсем ребёнок и...
Красота - это то, что видишь, когда перестаёшь сосредотачиваться на деталях и начинаешь замечать всего человека.
Келлен Аргос – маг с одним заклинанием, не лучшей репутацией и практически нулевой удачей. Он будто притягивает неприятности! Келлен по незнанию совершил ужасное: вытер измазанный кровью флаг Дароменской империи. И теперь ему придётся ответить за это. По закону Дарома королева обязана немедленно его казнить… Если только он не обыграет её в карты. Келлен уверен в себе и своей победе, как никогда. Ведь карты – это почти единственное, в чём он мастер. К тому же королева ещё совсем ребёнок и...
Смерть всегда кому-то приносит пользу.
Келлен Аргос – маг с одним заклинанием, не лучшей репутацией и практически нулевой удачей. Он будто притягивает неприятности! Келлен по незнанию совершил ужасное: вытер измазанный кровью флаг Дароменской империи. И теперь ему придётся ответить за это. По закону Дарома королева обязана немедленно его казнить… Если только он не обыграет её в карты. Келлен уверен в себе и своей победе, как никогда. Ведь карты – это почти единственное, в чём он мастер. К тому же королева ещё совсем ребёнок и...