Каждый человек, без исключения, априори достоин счастья и классной жизни. Их не нужно заслуживать страданиями, терпением, хаванием говна.
Вы верите в обезьяну в человеке. А я верю в бога в человеке.
Штирлиц отошел к окну и тихо спросил Эрвина:
– Ты проверял, они тебе не всадили какую-нибудь штуку в отдушину?
Все громилы и подлецы слезливы. Это у них такая форма истерии, подумал Штирлиц. - Слабые люди обычно кричат или бранятся, а громилы плачут. Слабые - это я неверно подумал. Добрые - так сказать вернее. И только самые сильные люди умеют подчинить себя себе.
– Мюллер, – ответил он, – слушает вас.– «Товарища» Мюллера приветствует «товарищ» Шелленберг, – пошутил начальник политической разведки. – Или вас больше устраивает обращение «мистер»?– Меня больше всего устраивает обращение «Мюллер», – сказал шеф гестапо. – Категорично, скромно и со вкусом.
Фанатизм никогда не дает окончательной победы. Фанатики могут победить - на первых порах. Они никогда не удержат победы, потому что они устанут от самих себя.
"У них не едят простую сметану, - подумал Штирлиц. - А у нас мечтают о простой корке хлеба. А здесь нейтралитет: восемь сортов сметаны, предпочитают взбитую. Как, наверно, хорошо, когда нейтралитет. И для человека, и для государства...
-Который час? - спросил Штирлиц.
- Около семи...
Штирлиц усмехнулся: "Счастливая девочка... Она может позволить себе это "около семи"...
Самые счастливые люди на земле те, кто может вольно обращаться с временем, ничуть не опасаясь последствия...
Последовательность целей- удел гения, действия которого подчинены логике. А бесконтрольная маниакальность фюрера, жившего в мире созданных им иллюзий, обрекла германскую нацию на трагедию.