Мои цитаты из книг
admin
добавил цитату
из книги
«Аристотель и Данте открывают тайны вселенной»
6 лет назад
В этом моя проблема: я хочу, чтобы другие рассказывали мне о своих чувствах, но не уверен, что готов платить тем же.
Она делает это каждый гребанный раз. Они оба. Загоняют меня в рамки, а когда я пытаюсь их раздвинуть — толкают обратно. Как будто мне ни в чем нельзя меняться.
У Саймона есть большой секрет, который он доверил только Блю, своему интернет-другу. Но однажды их переписку прочитал одноклассник Мартин, которому нравится подруга Саймона. Мартин решил, что шантаж — отличный шанс с ней сблизиться. На что пойдет Саймон, чтобы сохранить свой секрет?..
Здорово говорить с тем, кто понимает, что ты чувствуешь.
У Саймона есть большой секрет, который он доверил только Блю, своему интернет-другу. Но однажды их переписку прочитал одноклассник Мартин, которому нравится подруга Саймона. Мартин решил, что шантаж — отличный шанс с ней сблизиться. На что пойдет Саймон, чтобы сохранить свой секрет?..
Иногда мне кажется, что моя кровать – спасательная шлюпка в море этого беспорядка.
У Саймона есть большой секрет, который он доверил только Блю, своему интернет-другу. Но однажды их переписку прочитал одноклассник Мартин, которому нравится подруга Саймона. Мартин решил, что шантаж — отличный шанс с ней сблизиться. На что пойдет Саймон, чтобы сохранить свой секрет?..
Картины, что люди: у каждого своя судьба.
Как барокко может быть безобразным? Мы помним прекрасную музыку Вивальди и Баха. Разве она безобразна? А дворцы Растрелли? Какое же в них можно найти безобразие? А скульптуры Бернини? А картины Караваджо, величайшего итальянского художника эпохи барокко? Картины Рубенса, которые считаются одними из самых дорогих в истории живописи? Разве они безобразны? Так было не всегда. Еще меньше ста лет назад само понятие «барокко» было даже не стилем, а всего лишь пренебрежительной оценкой и показателем...
Разговор о Рембрандте – это как прыжок с пирса в море. Ты не знаешь, холодная ли вода, сколько камней на дне. Это предвкушение и сомнение, заставляющее нервно дрожать твои руки.
Как барокко может быть безобразным? Мы помним прекрасную музыку Вивальди и Баха. Разве она безобразна? А дворцы Растрелли? Какое же в них можно найти безобразие? А скульптуры Бернини? А картины Караваджо, величайшего итальянского художника эпохи барокко? Картины Рубенса, которые считаются одними из самых дорогих в истории живописи? Разве они безобразны? Так было не всегда. Еще меньше ста лет назад само понятие «барокко» было даже не стилем, а всего лишь пренебрежительной оценкой и показателем...
Любая картина – это текст, чем лучше художник, тем интереснее текст, а Рембрандт, Рембрандт всегда был мастером игры.
Как барокко может быть безобразным? Мы помним прекрасную музыку Вивальди и Баха. Разве она безобразна? А дворцы Растрелли? Какое же в них можно найти безобразие? А скульптуры Бернини? А картины Караваджо, величайшего итальянского художника эпохи барокко? Картины Рубенса, которые считаются одними из самых дорогих в истории живописи? Разве они безобразны? Так было не всегда. Еще меньше ста лет назад само понятие «барокко» было даже не стилем, а всего лишь пренебрежительной оценкой и показателем...
Что может быть хуже недоверия? Только тотальное недоверие. Гнетущее, убивающее понимание того, что никому вокруг нельзя верить.
Тайный Город на пороге больших перемен. Мятежный Ярга, первый князь Нави, не остановится ни перед чем ради достижения своей цели – возрождения великой империи Темного Двора. Ради этой цели он готов пойти на все, пожертвовать кем угодно, а челы, вампиры, люды, чуды и даже навы – лишь пешки на шахматной доске хитроумного и безжалостного игрока. Но иногда и пешка может стать ферзем. Встреча Дагни, повелительницы джиннов, и наемника Артема, чью любовь погубил Ярга, поставила под угрозу замыслы...
До тех пор, пока мы самостоятельно принимаем решения, мы живы. Потом – смерть.
Тайный Город на пороге больших перемен. Мятежный Ярга, первый князь Нави, не остановится ни перед чем ради достижения своей цели – возрождения великой империи Темного Двора. Ради этой цели он готов пойти на все, пожертвовать кем угодно, а челы, вампиры, люды, чуды и даже навы – лишь пешки на шахматной доске хитроумного и безжалостного игрока. Но иногда и пешка может стать ферзем. Встреча Дагни, повелительницы джиннов, и наемника Артема, чью любовь погубил Ярга, поставила под угрозу замыслы...
Но будем откровенны: красота далеко не всегда гарантирует счастливую жизнь и безмятежное будущее. Красота становится страшной силой, если к ней добавляются ум и характер, но это редчайшее сочетание, а в обычных случаях красивая женщина в ста случаях из ста проиграет умной и хитрой. Ну, разве что та поскользнется и упустит победу.
Красота – это лишь один из факторов, причем быстро проходящий, имеющий ограниченный срок годности, но…
Тайный Город на пороге больших перемен. Мятежный Ярга, первый князь Нави, не остановится ни перед чем ради достижения своей цели – возрождения великой империи Темного Двора. Ради этой цели он готов пойти на все, пожертвовать кем угодно, а челы, вампиры, люды, чуды и даже навы – лишь пешки на шахматной доске хитроумного и безжалостного игрока. Но иногда и пешка может стать ферзем. Встреча Дагни, повелительницы джиннов, и наемника Артема, чью любовь погубил Ярга, поставила под угрозу замыслы...