Мои цитаты из книг
Клеймо смысла всегда приходит потом, подобно взмахам кисти, сметающей пыль с резного камня.
Малазанская Книга Павших — 4. Империя слишком велика, погрязшей в интригах правительнице не хватает войск для подавления мятежа в самом сердце своих владений. Лучшие полководцы первого императора Келланведа давно уничтожены, изгнаны или опорочены. Новобранцы из поспешно собираемых легионов не верят в победу над врагом. Им невдомек, что восстанием руководят деятели еще более бездарные и порочные, что среди них назревает раскол, а во главе Армии Апокалипсиса встала… малазанка, не желающая вести...
Мир оказался не таким, как он ожидал.
Малазанская Книга Павших — 4. Империя слишком велика, погрязшей в интригах правительнице не хватает войск для подавления мятежа в самом сердце своих владений. Лучшие полководцы первого императора Келланведа давно уничтожены, изгнаны или опорочены. Новобранцы из поспешно собираемых легионов не верят в победу над врагом. Им невдомек, что восстанием руководят деятели еще более бездарные и порочные, что среди них назревает раскол, а во главе Армии Апокалипсиса встала… малазанка, не желающая вести...
Но главное, родился я мертвым. Не хотел жить. Этакий, вообразите, бледный комочек, не желающий жить. Как будто насмотрелся картин Шагала.
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
Я ненавидел работу ретушера. Глупейшее занятие! Зачем это нужно: замазывать веснушки и морщинки, делать всех одинаковыми, молодыми и не похожими на себя?
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
"... Фигура этой женщины напоминала обледеневшую жердь. На репетициях она вопила, как жеребая кобыла. Врагу своему не пожелаю увидеть ее груди. Страх Божий!.."
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
Ночь. Лежу и вижу на стене тень: может, висит полотенце. Мне же чудится, будто это привидение, какой-то дядька в длинном талесе. Он вдруг улыбается. Грозит мне. А может, тетка, а может, козел?
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
Пока я рядом с мамой, мне не страшны ни люстра, ни диван
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
Был праздник: Суккот или Симхас-Тора. Деда ищут, он пропал. Где, да где же он? Оказывается, забрался на крышу, уселся на трубу и грыз моркрвку, наслаждаясь хорошей погодкой. Чудная картина.
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
Что делать, если мировые события видятся нам только через полотна, сквозь слой краски, точно сгущается и дрожит облако отравляющих газов?
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.
Душа свободна, у нее свой разум, своя логика. И только там нет фальши, где душа сама, стихийно, достигает той ступени, которую принято называть литературой, иррациональностью.
Впервые на русском языке публикуется «Моя жизнь» — документально-поэтическая автобиография художника, которую он назвал «романом своей жизни». До этого книга неоднократно издавалась за рубежом на многих европейских языках, но, изначально написанная по-русски и посвященная в основном России, была неизвестна соотечественникам.
Для широкого круга читателей.