Урок, который можно из всего этого извлечь, сын мой, таков: важно не то, что достигнуто на самом деле, а то, что об этом напишут историки.
– Выходит, историки всех сильней? Ты поэтому историк, папа?
Чтобы напугать чудовищ, надо показать им зеркало.
Будь я в ладу с собой, у меня не было бы ни возможности, ни желания тратить каждый день жизни на то, чтобы изображать фальшивую уверенность.
— Ты что, умом повредилась? — Ты не первый, кто это спрашивает.
Вечность – это не только борьба с желаниями. Но и борьба со страхом. Я никогда не боялся, но, полагаю, это как не иметь языка, чтобы вкусить победу. Как желудок полный снега.
– Откуда мне было знать, что ты ждешь ответа?
– Я делаю подарок. Ты отвечаешь тем же. Таковы правила дарения.
– Нет, правила другие. Ты делаешь подарок. Я его принимаю.
Человек должен к месту прикреплён быть. Чтобы всегда был виден, всегда был определён.
А в искусстве и понимать нечего! Его нужно принимать или не принимать. Когда вам, чтобы его понять, его объясняют, — это халтура, а не искусство.
как хорошо ты знаешь Клятву?
Если у тебя нет плана Б, то у тебя вообще нет никакого плана.