Мои цитаты из книг
В эпоху Возрождения идею, что макияж создает «фальшивое лицо», можно встретить и у Шекспира. Гамлет резко заявляет Офелии: «Слышал я и про ваше малевание, вполне достаточно; Бог дал вам одно лицо, а вы себе делаете другое».
Эта потрясающе красивая и безумно интересная книга – шикарный подарок всем, кто интересуется искусством создания макияжа и историей моды. Ее написала легендарная Лиза Элдридж, один из самых уважаемых и опытных визажистов в мире. В настоящий момент она занимает пост глобального креативного директора Lancome. Книга полна загадочных историй, причудливых жизненных анекдотов, удивительных результатов исследований и неизвестных фактов о косметике. По всей книге разбросаны главки, посвященные личным...
Унижения, которые ты терпишь, ты сам и используешь, чтобы изводить себя. ... ...
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Никто не следит за тобой, никому ты не интересен, если ты такой, как все.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Испытывая чувство, мы всегда претендуем на взаимность, а когда не получаем ее, считаем, будто нас предали.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Ведь тот, кто любит по-настоящему, способен и ненавидеть.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Нас учат ценить секунды, минуты, часы и дни… но никому не приходит в голову объяснить, что может значить мгновение.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Мы так привыкли не выходить за пределы видимости, что и не вглядываемся в огонь и в то, что может за ним скрываться…
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Она погружалась в чтение, и все остальное – даже она сама – переставало существовать. В книгах она могла быть кем угодно. Что означало не быть никем.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
... что-то в ней ее толкает к саморазрушению; как бабочка летит на огонь, так и она стремится к опасности.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...
Материнский инстинкт оказался сильней инстинкта самосохранения.
Каждый день в любой стране, в любом городе исчезают люди. Исчезают во тьме. Никто, в том числе и полиция, не знает почему, не понимает, как это происходит. И скоро почти все забудут об этих без вести пропавших. Все, но не Мила Васкес. После описанных в «Подсказчике» событий прошло семь лет, но тьма не отпускает Милу, она оставляет следы на ее коже, быть может, потому корни зла протянулись к ее душе. Помнить про исчезнувших – ее работа. Эти люди смотрят на нее со стен Зала Затерянных Шагов. Но...