... людей моложе тридцати совершенно не интересует, отчего в мире все так устроено.
... мы никогда не ценим того, что происходит с нами в настоящий момент, и жить надо так, словно через пару дней все закончится.
Что бы вы ни замыслили, действовать надо со всей определенностью.
... наблюдение за самим собой повергает человека в растерянность, расшатывает волю и лишает силы духа.
... если есть кто-то, кого вы хотели бы видеть в ближайший час, позвоните ему. Жизнь так быстро проходит.
... человек слишком многого хочет. В самом буквальном смысле. Хочет, чтоб его было много. Быть многосторонним. Жить множеством жизней. Но лишь поверхностно, не углубляясь. Но в своем последнем стремлении, дорогой друг, человек жаждет единения. С самим собой и со всем остальным.
После таких событий весь мир делится на опасные и безопасные участки, зеленые и красные зоны на карте жизни. Места, вещи, фильмы, книги, даже еда и музыка — все делится на два списка. Особенно музыка. Есть то, что входило в контакт с вирусом скорби, и поэтому место ему под саркофагом, а есть то, что безопасно, что можно, что не убьет медленной мучительной смертью при контакте.
Есть только один способ остановить кровь.
Тот, кто не пробовал крови, не знает её цену.
– Шрамы появляются у всех: или на теле, или в душе, – медленно ответил Артём. – Если нет шрамов, значит, ты бессмысленно продавливаешь пружины дивана.