Вола была права — жаль, что он не может ей об этом сказать: там, куда он шёл, бита ему действительно пригодилась.
Пакс тоже родился с этим инстинктом недоверия, но что такое недоверие против доброты, особенно если её являют тебе щедро и постоянно?
До чего же это ценно, осознал вдруг Питер, когда у тебя есть кто-то, на чью честность ты можешь безоглядно рассчитывать.
Я просто что хочу сказать: какие бы ни случались несчастья, всегда можно начать сначала, как феникс, и ...
Ты не там, где должен быть. Случиться беда, потому что не там, где должен быть.
У Питера было всего два плохих воспоминания, связанных с мамой. Хороших было гораздо больше, и он любил перебирать их в памяти, ему от них становилось спокойнее Правда, он немного волновался, не сотрутся ли они от слишком частого использования. Плохие воспоминания он запрятал глубоко. И делал всё возможное для того, чтобы они оставались запрятанными. Но сейчас, пока койоты лаяли у него в голове, одно из них само выскочило на поверхность.
Даже если все-все плохо, мы всегда можем возродиться и начать заново
- У меня есть мир.
- Потому что тут тихо?
- Нет. Потому что я ровно там, где должна быть, и делаю ровно то, что должна делать. Это - мир.
"Сексуальный выбор человека - результат и сумма его базовых убеждений. Скажите мне, что человек считает сексуально привлекательным, и я раскрою вам всю его жизненную философию. Покажите мне женщину, с которой он спит, и я расскажу вам о его самооценке."
"Для мужчины, уверенного в собственной ценности и гордящегося этим, желанным будет самый высокий тип женщины - та, которой он восхищается, самая сильная. Та, с кем невозможно соперничать. Потому что только обладание героиней принесет ему чувство истинного достижения, а не близость с безмозглой потаскушкой."
Маленький человек думает, что маленькие добрые дела не приносят ему пользы, и он не делает их; и что маленькие злые дела не причиняют вреда, и он не отстраняется от них. Поэтому его злоба растет до тех пор, пока ее уже невозможно скрывать, а его вина становится столь большой, что ее уже невозможно скрывать, невозможно простить…