Мои цитаты из книг
«Какая жестокая шутка мироздания», — подумал Август. Почему он ощущает себя человеком лишь после того, как совершит нечто омерзительное?
Загадочный Феномен навсегда изменил этот мир. В супермегаполисе И-Сити, расположенном где-то на территории бывших США, расплодились монстры. И-Сити поделен пополам. На севере находится территория «большого босса» Келлума Харкера, а на юге – лидера боевиков Генри Флинна. Трое приемных детей стали для Генри настоящим оружием – тинейджер Август, его старший брат Лео и сестра Ильза являются монстрами, похищающими души с помощью музыки. А у вдовца Келлума Харкера, кроме его чудовищной свиты, есть...
– Они настоящие? – вдруг встрепенулась Кейт.
Август взглянул на свои руки: рукава рубашки снова задрались, обнажив ряд темных меток.
Четыреста девятнадцать.
– Да, – подтвердил он. Правда сорвалась с его губ прежде, чем он успел затормозить.
– А что они означают?
На сей раз Август прикусил язык и провел пальцем по самым старым отметинам, темнеющим над запястьем.
– По одной за каждый день без срыва, – промолвил он.
Кейт вытаращила глаза.
– Ты не похож на наркомана.
– Я и на Фредди не похож, ты сама сказала.
На лице ее проступила улыбка.
– И чем ты травишься?
Август театрально вздохнул и позволил себе быть откровенным:
– Жизнью.
– Ясно, – сочувственно протянула Кейт. – Это тебя убьет.
– Помедленней, чем твои сигареты.
– Туше! – воскликнула она.
Загадочный Феномен навсегда изменил этот мир. В супермегаполисе И-Сити, расположенном где-то на территории бывших США, расплодились монстры. И-Сити поделен пополам. На севере находится территория «большого босса» Келлума Харкера, а на юге – лидера боевиков Генри Флинна. Трое приемных детей стали для Генри настоящим оружием – тинейджер Август, его старший брат Лео и сестра Ильза являются монстрами, похищающими души с помощью музыки. А у вдовца Келлума Харкера, кроме его чудовищной свиты, есть...
– Кейт, почему в мире столько теней и так мало света?
– Не знаю, Август.
– Я не хочу быть монстром.
– А ты и не монстр, – утешила его Кейт.
И только когда она произнесла эти слова, Кейт поняла, что сама в это верит.
Да, Август действительно оказался сунаи – но он не был ни злым, ни жестоким. Он не походил на чудовище.
Он просто был тем, кто хочет быть кем-то другим, а не тем, кем является.
Кейт его прекрасно понимала.
– Больно, – пожаловался он.
– А что делать? – спросила Кейт.
– Быть. Не быть. Поддаваться. Держаться. Но что бы я ни делал, мне всегда больно.
Кейт склонилась к нему.
– Такова жизнь, Август, – вымолвила она. – Ты ведь хотел почувствовать себя живым? Не важно, монстр ты или человек. Жить больно.
Она подождала, скажет ли он еще что-нибудь. Интересно, почему она не ощущает побуждения говорить? Может, у нее не осталось никаких секретов? Или она просто привыкла к нему?
Когда молчание сделалось невыносимым, Кейт встала – от сидения на кафельном полу ноги затекли – и вышла в коридор.
Загадочный Феномен навсегда изменил этот мир. В супермегаполисе И-Сити, расположенном где-то на территории бывших США, расплодились монстры. И-Сити поделен пополам. На севере находится территория «большого босса» Келлума Харкера, а на юге – лидера боевиков Генри Флинна. Трое приемных детей стали для Генри настоящим оружием – тинейджер Август, его старший брат Лео и сестра Ильза являются монстрами, похищающими души с помощью музыки. А у вдовца Келлума Харкера, кроме его чудовищной свиты, есть...
Каждая селянка объясняла, отчего именно ее козу никак нельзя приносить в жертву и почему всему селу от этого только хуже станет. Голоса становились громче, визгливей, заглушали друг друга и набирали постепенно такой страсти, что становилось ясно: дело идет к применению самых убедительных доводов – выдергу кос.
Никто не знает, сколько правды в историях про демонов, что понемногу захватывают и меняют землю. Ясно одно: мир становится иным, и охранявшие его духи уходят в другие края. Но мало кто верит в грозящую опасность. Между человечеством и чуждой угрозой остаются только маги. К тому же маги не всегда хорошо относятся к людям, а люди не всегда рады магам. Похоже на «Ведьмака» Сапковского»? Да! Но здесь их пятеро – пятеро юных магов и магинь, отягощенных более собственными задачами, чем спасением...
– А еще я собаку завел.
– Куда завел?
– Не куда, а просто. Для себя. Забрал ее из одного поселка, чумного на всю голову. Забрал, чтобы кормить и заботиться.
Бивилка смотрела недоверчиво.
– А потом отвез ее Олю, в Мошук. Не та у меня жизнь, чтоб собаку таскать за собой.
– То есть ты забрал собаку, чтобы кормить и заботиться, но кормит и заботится Оль, – уточнила Бивилка.
– Ну да. Получается так. И все-таки ее жизнь я тоже сделал лучше, как ни крути.
Никто не знает, сколько правды в историях про демонов, что понемногу захватывают и меняют землю. Ясно одно: мир становится иным, и охранявшие его духи уходят в другие края. Но мало кто верит в грозящую опасность. Между человечеством и чуждой угрозой остаются только маги. К тому же маги не всегда хорошо относятся к людям, а люди не всегда рады магам. Похоже на «Ведьмака» Сапковского»? Да! Но здесь их пятеро – пятеро юных магов и магинь, отягощенных более собственными задачами, чем спасением...
– Давайте не будем с вами опускаться до взаимных оскорблений, бесценный. Всех оскорблять буду я.
Никто не знает, сколько правды в историях про демонов, что понемногу захватывают и меняют землю. Ясно одно: мир становится иным, и охранявшие его духи уходят в другие края. Но мало кто верит в грозящую опасность. Между человечеством и чуждой угрозой остаются только маги. К тому же маги не всегда хорошо относятся к людям, а люди не всегда рады магам. Похоже на «Ведьмака» Сапковского»? Да! Но здесь их пятеро – пятеро юных магов и магинь, отягощенных более собственными задачами, чем спасением...
– Ненавижу тебя, – бессильно призналась девушка и опустила голову еще ниже.
– Я знаю, в переводе с девичьего это значит «Я тебя люблю, но ты свинья».
Никто не знает, сколько правды в историях про демонов, что понемногу захватывают и меняют землю. Ясно одно: мир становится иным, и охранявшие его духи уходят в другие края. Но мало кто верит в грозящую опасность. Между человечеством и чуждой угрозой остаются только маги. К тому же маги не всегда хорошо относятся к людям, а люди не всегда рады магам. Похоже на «Ведьмака» Сапковского»? Да! Но здесь их пятеро – пятеро юных магов и магинь, отягощенных более собственными задачами, чем спасением...
Раньше мне важней всего было, чтоб все встречные погромче мной восхищались, а теперь хочется делать их жизнь поудобней, полегче.
– Потому что когда людям трудно живется, у них нет сил на восхищение твоими талантами, – тут же нашла объяснение Бивилка. – А когда ты делаешь их жизнь легче, они восхищаются тобою особенно громко.
Никто не знает, сколько правды в историях про демонов, что понемногу захватывают и меняют землю. Ясно одно: мир становится иным, и охранявшие его духи уходят в другие края. Но мало кто верит в грозящую опасность. Между человечеством и чуждой угрозой остаются только маги. К тому же маги не всегда хорошо относятся к людям, а люди не всегда рады магам. Похоже на «Ведьмака» Сапковского»? Да! Но здесь их пятеро – пятеро юных магов и магинь, отягощенных более собственными задачами, чем спасением...
Как говорил наш педагог по общей психологии, все личные переживания держите, пожалуйста, внутри своей личности, другим о них знать не обязательно.
Самые разные переселенцы живут в моем мире. Кто-то становится магом, кто-то находит свою судьбу, ну а мне досталась Аленка. И это имя точно когда-нибудь станет у нас нарицательным. Я, как ее куратор в период адаптации, вынуждена оберегать переселенку от неприятностей и разгребать все проблемы, свалившиеся нам на голову по ее вине. Вот и сейчас Аленка решила «бить мировой зол» в лице драконов, и эта безумная идея обернулась для меня неожиданной встречей с Хозяином Золотой горы, от которого я с...
...нам всем кажется, что мы ужасные люди. Но сообщаем это лишь перед тем, как попросить кого-нибудь, чтоб нас любили.
Шерил – нервная, ранимая женщина средних лет, живущая одна. У Шерил есть несколько странностей. Во всех детях ей видится младенец, который врезался в ее сознание, когда ей было шесть. Шерил живет в своем коконе из заблуждений и самообмана: она одержима Филлипом, своим коллегой по некоммерческой организации, где она работает. Шерил уверена, что она и Филлип были любовниками в прошлых жизнях. Из вымышленного мира ее вырывает Кли, дочь одного из боссов, который просит Шерил разрешить Кли пожить у...