Некоторые из злых снов становятся явью лишь тогда, когда их наличие признают и встречаются с ними лицом к лицу.
Нет, действительность очень часто оказывалась куда хуже, чем любые самые лютые страхи.
Я часто смотрю телевизор... Это приятно опустошает.
— Ужасно быть бедняком; худо также, когда тебя засасывает бедность, а ведь это случается с большинством людей.
— А быть богатым? — спросил я. — Быть богатым хорошо? — Я покраснел. Он зорко взглянул на меня и тоже покраснел.
— Дорогой мой, плохо тебе придется в жизни, если ты не перестанешь мыслить. Будь у меня достаточно мужества и веры в то, что на земле еще можно кое-что исправить... знаешь, как бы я поступил?
— Нет, — сказал я, — не знаю.
— Я основал бы, — ответил он и снова покраснел, — какую-нибудь специальную организацию для защиты подростков из богатых семей. А наши олухи считают, что категория «деклассированный элемент» непременно связана с бедностью.
В настоящую минуту он в камере вашего осужденного. Когда-то на галерах этот юноша был для него тем же, чем Люсьен в Париже... его любимцем!" В сочетании с тем, что известно о этом юноше...
" - О господин начальник, вот душа, которую надобно спасти!.. - вскричал Жак Коллен.
Святотатец сложил руки с горячностью отчаявшегося любовника, а внимательно следивший за ним начальник тюрьмы принял это за религиозное рвение.
– Он пришел спасти Мадлену, – сказал Шелковинка. – Мы верно отгадали, в чем тут дело. Каков даб !
– Ты шутишь?.. Гусары гильотины уже тут! Он его даже не увидит, – возразил Паучиха.
– Пекарь за него! – вскричал Чистюлька. – Неужто он мог бы прилобанить наши лобанчики ?.. Он крепко любит своих дружков ! Он крепко в нас нуждается! Думали, шут их дери, заставить нас засыпать даба ! Мы не какие-нибудь язычники (доносчики)! Пусть только выудит свою Мадлену, я скажу ему, где мой слам (краденое добро)!
Не надо ли всё испытать, чтобы обрести способность смеяться и радоваться по поводу всего?
Деньгами можно купить только людей. А есть такое, о чем никто не думает и что купить нельзя!.. Случая не купишь…
Со временем душа, непрерывно оскверняемая сделками с совестью, мельчает, пружины благородных мыслей ржавеют, петельные крючья пошлости разбалтываются и начинают вращаться сами собою.
"Красивые женщины всегда уходят из театра до того, как опустится занавес!.." (с.)