Мои цитаты из книг
Лейвис осекся, заметив, как изменился взгляд Айны. Схватил ее ладони в свои, крепко сжал. Айна обратила внимание, как побледнело его лицо. Девушка выдохнула, не зная, что еще сказать. Она внимательно смотрела на человека, которого знала с детства, но так и не научилась ни замечать, ни понимать, ни ценить. Высвободив руки, Айна подалась вперед и прижалась к молодому Рейсворту, неожиданно для себя самой. Обняла его и положила голову ему на плечо.
На престол Иберлена воссел Гайвен Ретвальд, прозванный Королем-Чародеем — однако его воцарение не принесло покоя истерзанной стране. Артуру Айтверну, наследнику Драконьих Владык, вновь предстоит обнажить меч на поле брани. Государство погружается в хаос, лорды Коронного совета сеют измену — а меж тем силы, что изменили прежде лицо старого мира, пробудились вновь.
Так, обнявшись и почти не шевелясь, провели они не меньше, чем целый час, молча. Вечер той порой, песчинка за песчинкой, окончательно перетек в ночь. Тьма, непроглядная и древняя, словно в первую ночь творения, обступила Тимлейнский замок, чьи камни запомнили падение многих королей – великих и ничтожных вперемежку. Ветер гнул ветви деревьев в Хрустальном парке, колебал воды Нейры. В рваных прорехах туч зажглись колючие звезды. Темным зверем оскалилось время. Что‑то заканчивалось – может быть, навсегда. Айне казалось, если прислушаться – можно будет различить прощальную песню эпохи, звучавшую едва слышным шепотом. Девушка сидела неподвижно, и ладони Лейвиса согревали ее.
На престол Иберлена воссел Гайвен Ретвальд, прозванный Королем-Чародеем — однако его воцарение не принесло покоя истерзанной стране. Артуру Айтверну, наследнику Драконьих Владык, вновь предстоит обнажить меч на поле брани. Государство погружается в хаос, лорды Коронного совета сеют измену — а меж тем силы, что изменили прежде лицо старого мира, пробудились вновь.
В следующую секунду тишина разорвалась хаосом. Вновь стреляли с башен и верхних площадок солдаты, но выпущенные ими стрелы сгорали в полете одна за одной. Вопили и ругались дворяне, кто‑то из гвардейцев крепче сжимал мечи, кто‑то пятился – строй сломался в одно мгновение. Лейвис потащил Айну назад, невзирая на ее попытки сопротивляться. Девушка в последний момент вырвалась, остановившись на нижних ступенях ведущей на верхние этажи лестницы, и стала смотреть. Она увидела, как заканчивается ее однодневное правление.
На престол Иберлена воссел Гайвен Ретвальд, прозванный Королем-Чародеем — однако его воцарение не принесло покоя истерзанной стране. Артуру Айтверну, наследнику Драконьих Владык, вновь предстоит обнажить меч на поле брани. Государство погружается в хаос, лорды Коронного совета сеют измену — а меж тем силы, что изменили прежде лицо старого мира, пробудились вновь.
Айна наблюдала за ним, перестав узнавать. Это действительно был другой человек, не тот тихий, робкий принц, которого она знала прежде, при жизни их отцов. Даже не упрямый, отчаявшийся король, что три месяца пытался править страной, так и норовящей выскользнуть у него из рук. Будто из него исторгли прежнюю душу – и вставили новую, чужую.
«А может, – мелькнула непрошеная мысль, – это мы сделали Гайвена таким?»
На престол Иберлена воссел Гайвен Ретвальд, прозванный Королем-Чародеем — однако его воцарение не принесло покоя истерзанной стране. Артуру Айтверну, наследнику Драконьих Владык, вновь предстоит обнажить меч на поле брани. Государство погружается в хаос, лорды Коронного совета сеют измену — а меж тем силы, что изменили прежде лицо старого мира, пробудились вновь.
– Ты понимаешь, – сказал Гайвен, – должен понимать, что не существует никакой цены, приемлемой или неприемлемой. Все эти рассуждения придуманы для того, чтобы попусту тревожить умы. Имеется лишь цель, которую нужно достигнуть, и если цель того стоит – все равно, каким путем это будет сделано. Мы научились этому у наших врагов – и только так сумели их одолеть.
На престол Иберлена воссел Гайвен Ретвальд, прозванный Королем-Чародеем — однако его воцарение не принесло покоя истерзанной стране. Артуру Айтверну, наследнику Драконьих Владык, вновь предстоит обнажить меч на поле брани. Государство погружается в хаос, лорды Коронного совета сеют измену — а меж тем силы, что изменили прежде лицо старого мира, пробудились вновь.
Подлая личность не может изменить историю, если не сколотит банду таких же подлецов. У них на словах все так же, как в нормальных местах. А бумаги фиксируют счастье и прогресс.
Действие происходит в космосе, далеко от стен Гусляра. Корнелий Удалов попадает на галактический съезд средних существ. Ведь именно на обыкновенных, рядовых людях или других существах и держится Вселенная. После различных приключений Корнелию удаётся распутать тайну планеты, жители которой попали в плен к микробам.
Ибо тайна бытия человеческого не в том, чтобы только жить, а в том, для чего жить. Без твердого представления себе, для чего ему жить, человек не согласится жить и скорей истребит себя, чем останется на земле, хотя бы кругом его всё были хлебы.
В настоящее издание вошел "главный роман" Достоевского "Братья Карамазовы".
Вступительная статья К. Тюнькина.
Примечания Л. П. Гроссмана печатаются с некоторыми сокращениями. Ряд примечаний к данному изданию составлен К. И. Тюнькиным.
Иллюстрации В. Минаева.
Если нас спросят: "Что означают слова "красный", "синий", "черный", "белый"?, то в ответ мы. конечно же, можем указать на предметы соответствующих цветов. Но дальше этого наша способность объяснить значение данных слов не идет. © Людвиг Витгенштейн. Заметки о цвете.
Данная монография является продолжением масштабного проекта французского историка Мишеля Пастуро – истории цвета в западноевропейских обществах, от Древнего Рима до XVIII века, начатого им с исследования отношений европейцев с синим цветом. На этот раз в центре внимания Пастуро один из самых загадочных и противоречивых цветов с весьма непростой судьбой – черный. Автор предпринимает настоящее детективное расследование приключений, а нередко и злоключений черного цвета в западноевропейской...
Главная опасность для историка - впасть в анахронизм.
Данная монография является продолжением масштабного проекта французского историка Мишеля Пастуро – истории цвета в западноевропейских обществах, от Древнего Рима до XVIII века, начатого им с исследования отношений европейцев с синим цветом. На этот раз в центре внимания Пастуро один из самых загадочных и противоречивых цветов с весьма непростой судьбой – черный. Автор предпринимает настоящее детективное расследование приключений, а нередко и злоключений черного цвета в западноевропейской...
<…> в старофранцузских героических поэмах описываются сарацины, сражающиеся с христианскими рыцарями: у них рыжие волосы, а главное, темная, иногда даже черная кожа; чаще всего это их отличительная черта и несомненный признак их зловредности. Чем темнее кожа у персонажа, тем он опаснее. Чтобы дать полное представление о негативной сущности такого персонажа, некоторые авторы нанизывают эффектные сравнения: кожа у него «чернее вороны», «черная как уголь», «черная, как кипящая смола» и даже «черная, как соус с перцем»! Эти клише употребляются так часто, что прилагательное, которым обычно обозначают такой цвет кожи, – mor, maure –в итоге субстантивируется и превращается в этноним: сарацины становятся маврами.
Данная монография является продолжением масштабного проекта французского историка Мишеля Пастуро – истории цвета в западноевропейских обществах, от Древнего Рима до XVIII века, начатого им с исследования отношений европейцев с синим цветом. На этот раз в центре внимания Пастуро один из самых загадочных и противоречивых цветов с весьма непростой судьбой – черный. Автор предпринимает настоящее детективное расследование приключений, а нередко и злоключений черного цвета в западноевропейской...