Все происходит не совсем так, как мы ожидаем, но в точности так, как этому суждено произойти.
Вообще Бог на такого рода форумах существует в двух лицах. Бог карающий – тот самый, который всех за такие вещи в свое время окунет в хлорид натрия, – и Бог Экспертного Класса. Бог Экспертного Класса (а также его наместники – матронушка, батюшка) способен исправить плохие результаты УЗИ, исцелить хромосомные аномалии и опровергнуть диагнозы.
Одно дело- придумывать страшные истории, совсем другое- самой стать героиней хоррора.
- А может, я поужинаю в карете? – предложила я. По-моему, вполне резонно. Зачем драконов смущать неизвестно откуда взявшейся девушкой?
- Может, - согласился Алшаэн. – Только не уверен, что ночью, если ты вдруг решишь выйти из кареты, никто тебя не прирежет и огнем не сожжет.
- Драконы настолько кровожадны?
- Мы в чужом королевстве, - принц пожал плечами. – Сама подумай, как можно расценить неожиданное появление демоницы в нашем лагере?
Я подумала. И чуть не подавилась нервным смехом. На заинтересованно-вопросительный взгляд пояснила:
- Честно говоря, здесь вариант с «забралась, чтобы убить принца» не слишком правдоподобно выглядит. Скорее уж совратить всю делегацию.
- Тогда тем более незачем сидеть в карете! – весело заметил Алшаэн. – Отсюда делегацию не совратишь.
- Скажи, Девар, я красивая? – поинтересовалась я кокетливо.
- А разве по нашему поведению не видно? – совершенно подозрительным образом «удивился» демон.
- Вообще да, видно, - небрежно пожав плечами, заметила я. – Галлай говорит, что не особо.
- Галлай? Галлай ничего не понимает, ледышка! – как-то неприятно рассмеялся Девар, на мгновение потеряв всё своё очарование. Но вот уже на его губах вновь заиграла обольстительная улыбка. – Если позволишь поцеловать свою ручку, расскажу, как ты красива.
- Вот настолько я, значит, красива, если говорить об этом без оплаты с моей стороны ты не хочешь, - с понимающей улыбкой закивала головой.
«Любовь рушит самое святое в человеке – гордость и самолюбие».
Легкие мании знают свое дело и обещают ненадолго превратить зиму в весну, даруя невероятные жизненные силы. Хорошо, что при холодном свете дня реальность и разрушительность снова разгоревшейся болезни сдерживают эти опасные порывы. Неверность этих предельно насыщенных моментов, избирательно освещенных памятью, которые кажутся такими хрупкими, вызывает смутную меланхолию. Искушение бросить лекарства, чтобы вернуть к жизни столь интенсивные переживания, быстро снимается холодным пониманием, что насыщенность жизни вскоре сменится сначала исступлением, а в конце концов – неконтролируемым безумием.
Из таких испытаний каждый человек выходит наполненный не только более обостренным чувством смерти, но и более глубоким переживанием жизни. Каждый, кто слышал, как часто и как ясно звучит колокол Джона Донна, протяжно говорящий «ты должен умереть», порывисто обращается к жизни и наполняется благодарностью – ведь ему могло выпасть и вовсе не существовать на этом свете.
Умалчивать о маниакально-депрессивном заболевании -- значит обрекать дружбу на поверхностность.
Люди полагают, что знают, что значит страдать от депрессии, если они прошли через расставание, развод, потерю работы. Но все эти испытания у них сопровождаются чувствами. Депрессия же - это отсутствие чувств, гулкая, невыносимая пустота. А еще она скучна, она утомляет до изнурения. Люди будут вас сторониться. Иногда они могут решить, что это их долг - выносить вас и в таком состоянии. Они могут даже пытаться с вами взаимодействовать, но все равно и они, и вы знаете, что вы скучны и утомительны вне всякой меры. Вы раздражительны, склонны к паранойе и критике всего и всех, вас отставило чувство юмора, вы безжизненны, вы требовательны, и никакого утешения вам недостаточно. Вы всего боитесь, да и глядя на вас можно испугаться. Вы твердите, что это сейчас вы не в своей тарелке, но скоро поправитесь. Но вы и сами знаете - нет, не скоро и не поправитесь.