"Родители, — говорит бессмертный Ричард Хьюгс, автор лучшей из когда-либо написанных книг о детях, — обнаружив, что видят своих детей насквозь в таком множестве ракурсов, о каком дитя и представления не имеет, редко осознают, что существуют вещи, которые ребёнок действительно старается скрыть, прилагая к этому все силы своего разума, и что здесь их, родителей, шансы равны нулю."
Лично я полагаю, что, попав в рискованную ситуацию, самое правильное — это взглянуть опасности в лицо, позволить ей осуществиться и пройти через неё — вместо того, чтобы оставлять её висеть над твоей головой.
Мы преисполняемся гневом легче всего к тем, относительно кого чувствуем себя неправыми, а женщина считает дар своей любви до того великим и драгоценным, что даже и от отвергнутого обожателя требует, чтобы он не переставал вспоминать о ней с благодарностью.
Берегись! – возразила она. – Когда мне говорят, не делай этого, я тут же все делаю наоборот.
- Выражения типа "командный дух", - бывало говаривала она, - всегда призваны пресекать любые проявления индивидуальности, любви и личной преданности.
- Вы, девочки, - сказала мисс Броди, - должны учиться придавать лицу выражение безмятежности. В этом одно из важнейших преимуществ женщины: и в беде и в радости - на лице безмятежность. Взгляните на Мону Лизу, вон там!
– Когда тебе за семьдесят, это как на войне. Друзья все сгинули или гибнут, и ты, словно на поле боя, пока живой – среди мертвых и умирающих.
роман "Memento mori"
И хотя мне не хотелось встречаться с ним по пути в свою комнату, я прекрасно понимала, что, доведись нам столкнуться, я и из этого кое-что извлеку: я знала, что во мне сидит некий Daemon и ему доставляет радость видеть людей такими, каковы они на самом деле, больше того - в их самом скрытом существе и сути.
- Когда я поехала в Россию, - сказала Чармиан, по-детски подняв к нему глаза, - царица выслала эскорт мне навстречу к самой границе, а обратно эскорта не было. Это в чисто русском духе - принимать решения и затем утомляться от собственной решимости.
Он изумительно пишет, отец. Я читала его - он прорубает в душе окна, заложенные кирпичом сто лет назад.