"Блин, да этот Гонт - настоящий русский! - подумал я. - Только у нас временное может быть настолько постоянным".
София присела и погладила пса, который облизал ее бейдж на халате.
– Где он был все эти дни?
Теперь они вместе гладили мягкую шерсть. На вид молодому псу было не больше года.
– У консьержа клиники. – София рассмеялась. – Бахман сказал, ему все равно, что вы вспомните. Я должна передать вам, что он не отдаст Мистера Эда. Вместе этого вы можете забрать домой его жену.
Если вещь красивая, если она вам нравиться, не имеет значения, для чего она предназначена. Используйте ее, как хотите!
Люди, которые хотят знать, как работает то или иное устройство: почему им мало того, что оно работает?
Летать Рыба-Молот боялся всегда.
Боялся до тошноты, поэтому (подстраховки ради) всегда выпрашивал у бортпроводниц дополнительные бумажные пакеты. В разное время он летал с Библией, Кораном, Торой и Бхагавадгитой; с водкой и коньяком; с кубиком Рубика и детским тетрисом; с бессменной дзэн-чайкой по имени Джонатан Ливингстон, главное преимущество которой состояло в наличии крыльев. В зависимости от времени полета Рыба впадал то в ступор, то в легкий анабиоз, то в тяжелый неадекват. Взять его тепленьким не составляло труда: дарственная на квартиру - пожалуйста! заявление о вступление в ряды анархо-синдикалистов, а также КПРФ, РНБП и партии любителей пива - да ради бога! подпись под воззванием в защиту американских индейцев и пигмеев Руанды - базара нет! заключение контракта на передачу тела для медицинских исследований - говно вопрос, берите все органы, за исключением вырезанного аппендикса!..
Альтернативная проза для интеллектуально неразвитого Рыбы-Молота ассоциировалась с короткометражным кино Тринидада и Тобаго и характеризовалась двумя словами: "куча дерьма".
Он сразу почувствовал себя героем того самого сложнопостановочного голливудского блокбастера, гда повествуется о простых и честных людях, которые спасают мир. От дьявольских козней преисподней, падения астероидов, нашествия недружелюбных инопланетян, стремящихся поработить человечество; от черных дыр, сгенерированных недавно и с помпой запущенным швейцарским коллайдером; от насекомых-мутантов, взбесившейся техники, взбесившихся ученых-одиночек. Вот где работенка, достойная А. Е. Бархатова, на первый взгляд, скромного повара, а на второй - Супермена, Спайдермена, Человека-Молнии и Капитана Сорвиголова!
- А мне почему-то кажется, что вы видите меня насквозь...
- Не вижу!
- И чувствуете малейшие нюансы в движении моей души...
- Не чувствую!
- И читаете меня , как открытую книгу..
- Я вообще не читаю. У меня времени на чтение нет!
- Какой вы все-таки интересный мужчина!
Он пролистал еще несколько страниц. Подлючие, приваренные друг к другу не иначе как автогеном слова тут же впились ему в лицо мелкими иголками. А некоторые, особенно гнусные ("германофильство", "дрейфусары" и "неузнаваемый Д`Аржанкур") постарались повредить хрусталик и наехать на сетчатку с целью ее полного уничтожения.
– Он убьёт тебя, лодочник! – вопили гадкие дети.