"Революция обязана сделать жизнь лучше той, которую она отвергла!! А что ваша революция принесла?! Голод! Разруху! Власть быдла, которое мне диктует, что надо, а чего не надо писать!"
Литература страшна азиатским владыкам: их народы темны и поэтому, словно дети, верят игрушкам — книгам. Устоявшиеся демократии могут себе позволить любую нематериальную блажь, даже свободное слово.
Всегда кто-то должен терпеливо напоминать миллионам, что они люди. Этот человек будет смешным, в него будут лететь гнилые помидоры. Такие люди уходят осмеянными, но они должны быть. И пока кто-то смешной продолжает говорить, что добро есть добро, а зло есть зло и что черное это черное, а белое это белое, – человек останется человеком!
"Правы были римляне - нет ничего страшнее восставших рабов: их свобода безгранична, а идеалы проникнуты варварством и жестокостью, потому что проповедуют они всеобщую доброту, а всеобщего нет ничего, кроме рождения и смерти."
У меня есть племянница....., она еще совсем маленькая. Когда мы с ней гуляем и она недовольна моим замечанием, она всегда говорит мне : Неверно сказку сказываешь !
"Заметьте: о жестокостях в истории Российского государства написаны тома, но за все время Иоанана Грозного и Петра Великого народу было казнено меньше, чем вы у себя в Париже перекокошили гугенотов в одну лишь ночь. Мы жестокостями пугаем, а на самом деле добры. Вы, просвещенные европейцы, - о жестокостях помалкиваете, но ведь жестокости были - отсюда и пришли к демократии".
Свободой, которая не завоевана, но получена из других рук, надо уметь уважительно и целенаправленно пользоваться.
Исаев помнил слова Кедрова: «Когда разведчик начинает палить из револьвера и бегать по крышам – он кончился, и нет в этом подвига, а лишь одно неумение. Даже если ему грозит провал, он обязан и провал обернуть в свою пользу».
время всегда на того работает, кто смел и тверд. Кто раскис, того время враз в расход списывает».
Все было хорошо, во всем было безмерное счастье, великая радость, а вместе с тем сердце просто разрывалось на части