Мои цитаты из книг
«Вот такой секрет - даже если нет настроения и тяжело на душе, надо помнить - другие ни в чем не виноваты»
Все мы живем сердцем и, когда трудно, очень нуждаемся в душевном слове, подсказке и мудром совете. Мы звоним близким, идем к лучшим друзьям или ищем ответы в любимой книге. Истории, которые пишет Анна Кирьянова, уже вдохновили тысячи людей. Ее небольшие пронзительные тексты – разрешение вечных вопросов о том, что же такое добро, любовь, справедливость и красота.
“Выгода в любви только одна- быть любимым взаимно. Знать, что тебя тоже любят больше жизни. И самой любить. Вот и вся выгода. А иногда и этого нет - вообще без выгоды любят... Нет в любви гарантий. Нет уверенности, что любимый человек не заболеет, не обеднеет, не погибнет или не уйдёт.....А любовь пройдёт мимо. Это не просто невыгодно- это страшно. »
Все мы живем сердцем и, когда трудно, очень нуждаемся в душевном слове, подсказке и мудром совете. Мы звоним близким, идем к лучшим друзьям или ищем ответы в любимой книге. Истории, которые пишет Анна Кирьянова, уже вдохновили тысячи людей. Ее небольшие пронзительные тексты – разрешение вечных вопросов о том, что же такое добро, любовь, справедливость и красота.
«Кто поедал и бросил, тот снова это сделает. А если не это- так ещё что-нибудь похлеще.»
Все мы живем сердцем и, когда трудно, очень нуждаемся в душевном слове, подсказке и мудром совете. Мы звоним близким, идем к лучшим друзьям или ищем ответы в любимой книге. Истории, которые пишет Анна Кирьянова, уже вдохновили тысячи людей. Ее небольшие пронзительные тексты – разрешение вечных вопросов о том, что же такое добро, любовь, справедливость и красота.
«Ты еще вернешься к нам!» —
такие слова на прощанье говорят часто. «Вернешься и будешь умолять, чтобы тебя обратно взяли!» Уходит ли человек из токсичного коллектива или от грубого эгоистичного партнера, из шизофреногенной семьи или из другого неприятного места – ему обязательно это скажут. «Ты еще пожалеешь, ничего хорошего не найдешь и вернешься!» Разными словами это говорят, но смысл один. И это признак того, что вы правильно поступили. Приняли верное решение. Это нехорошее место, гнилое болото, из которого надо уходить. Вас использовали просто-напросто. И ничего хорошего там произойти не могло. «Мы будем тебя ждать, ты еще вернешься и будешь проситься обратно!» – так они говорят, в душе желая вам неудач и несчастий. Ждать они будут, чтобы вы приползли на коленях, как блудный сын на картине Рембрандта, в одном ботинке и в лохмотьях, и на коленях просили прощения. Но этого не будет. После прощальной фразы все становится ясным. Скрытая угроза, пожелание плохого – вот что в этих словах. И не надо возвращаться к таким людям. Теперь уже точно не надо. Даже если путь будет трудным, если непросто будет найти свое место под солнцем – в болото возвращаться не надо. Они просто завидуют. Просто хотят держать вас в рабстве. Потому и говорят, что ничего хорошего у вас не получится. Получится. И особенно бодрит то, что эти люди вас ждут обратно, с цепями, плеткой и миской корма. И всю жизнь будут припоминать вам неудачный побег. Мы не вернемся. Незачем туда возвращаться. Разве что мимо проедем на хорошем автомобиле и скажем: «Когда-то я убежал отсюда и нашел свое счастье!» Чаще всего так и бывает…
Все мы живем сердцем и, когда трудно, очень нуждаемся в душевном слове, подсказке и мудром совете. Мы звоним близким, идем к лучшим друзьям или ищем ответы в любимой книге. Истории, которые пишет Анна Кирьянова, уже вдохновили тысячи людей. Ее небольшие пронзительные тексты – разрешение вечных вопросов о том, что же такое добро, любовь, справедливость и красота.
Нелюбовь - это когда нельзя мешать. Разговаривать, смеяться или лезть с объятиями. Нельзя рассказывать о своих переживаниях - это глупости, а не переживания. Нельзя что-то просить - надо понимать, что сейчас трудное положение. И вообще, зачем тебе это? Нельзя рассчитывать на помощь, взрослые люди должны самостоятельно справляться. Даже если им пять лет. Это уже солидный возраст. А если тридцать пять - это вообще старость. И нечего так наряжаться в таком почтенном возрасте. Нелюбовь - когда не ругают особо, но и не хвалят. Не замечают. Когда неудобно есть при близком человеке – он может сказать, что ты много ешь. А приготовленную тобой еду человек съест и ничего не скажет. И не заметит усилий, когда приберешься и цветочки в вазочку поставишь. Нелюбовь - когда ничего нельзя. Когда раздражаешь, мешаешь, лезешь, несешь чушь, выносишь мозг, сиди смирно в уголке и жди, когда тебя поведут гулять. И не скули, не ной, не реви - смирно сиди и жди. Когда не заступаются и говорят: сам виноват! - это нелюбовь. Когда ничего не дарят - нелюбовь. Когда жалко денег на тебя - это нелюбовь. Это не ненависть. Это иногда еще хуже, потому что ненавидят за что-то, из зависти, например. И можно уйти или сдачи дать. А не любят - просто так. Хотя говорят: «Да люблю я тебя, только отвяжись, опять ты за своё!» Вот это и есть - нелюбовь. И от неё умирают. Особенно старики, дети и собаки. И взрослые люди, которые беззащитны и чувствительны. Нелюбовь делает человека робким, неуклюжим, зажатым и некрасивым; он боится всё испортить, помешать, раздражить… Тут ничего не поделаешь; если есть силы - надо уходить хоть с узелком на палочке. Или хотя бы ясно понять - это нелюбовь. Не любовь.
Все мы живем сердцем и, когда трудно, очень нуждаемся в душевном слове, подсказке и мудром совете. Мы звоним близким, идем к лучшим друзьям или ищем ответы в любимой книге. Истории, которые пишет Анна Кирьянова, уже вдохновили тысячи людей. Ее небольшие пронзительные тексты – разрешение вечных вопросов о том, что же такое добро, любовь, справедливость и красота.
Звёзды - лишь частицы мира, молиться им - что молиться каплям росы.
1870 год, Калифорния. В окрестностях Оровилла, городка на угасающем золотом прииске, убита девушка. И лишь ветхие дома индейцев, покинутые много лет назад, видели, как пролилась ее кровь. Ни обезумевший жених покойной, ни мрачный пастор, слышавший ее последнюю исповедь, ни прибывший в город загадочный иллюзионист не могут помочь шерифу в расследовании. А сама Джейн Бёрнфилд была не той, кем притворялась. Ее тайны опасны. И опасность ближе, чем кажется. Но ответы – на заросшей тропе. Сестра...
Не стоит мешать слепцу, сознательно выбравшему слепоту.
1870 год, Калифорния. В окрестностях Оровилла, городка на угасающем золотом прииске, убита девушка. И лишь ветхие дома индейцев, покинутые много лет назад, видели, как пролилась ее кровь. Ни обезумевший жених покойной, ни мрачный пастор, слышавший ее последнюю исповедь, ни прибывший в город загадочный иллюзионист не могут помочь шерифу в расследовании. А сама Джейн Бёрнфилд была не той, кем притворялась. Ее тайны опасны. И опасность ближе, чем кажется. Но ответы – на заросшей тропе. Сестра...
Удавшаяся ложь несёт в себе лишь отсрочку. Агония после неё будет болезненнее.
1870 год, Калифорния. В окрестностях Оровилла, городка на угасающем золотом прииске, убита девушка. И лишь ветхие дома индейцев, покинутые много лет назад, видели, как пролилась ее кровь. Ни обезумевший жених покойной, ни мрачный пастор, слышавший ее последнюю исповедь, ни прибывший в город загадочный иллюзионист не могут помочь шерифу в расследовании. А сама Джейн Бёрнфилд была не той, кем притворялась. Ее тайны опасны. И опасность ближе, чем кажется. Но ответы – на заросшей тропе. Сестра...
Для человека естественно искать тех, кто может чему-то научить его, либо тех, с кем он мог бы учиться вместе.
1870 год, Калифорния. В окрестностях Оровилла, городка на угасающем золотом прииске, убита девушка. И лишь ветхие дома индейцев, покинутые много лет назад, видели, как пролилась ее кровь. Ни обезумевший жених покойной, ни мрачный пастор, слышавший ее последнюю исповедь, ни прибывший в город загадочный иллюзионист не могут помочь шерифу в расследовании. А сама Джейн Бёрнфилд была не той, кем притворялась. Ее тайны опасны. И опасность ближе, чем кажется. Но ответы – на заросшей тропе. Сестра...
Правильный, но недобровольный выбор несёт порой больше бед, чем ошибочный, но сделанный по зову сердца.
1870 год, Калифорния. В окрестностях Оровилла, городка на угасающем золотом прииске, убита девушка. И лишь ветхие дома индейцев, покинутые много лет назад, видели, как пролилась ее кровь. Ни обезумевший жених покойной, ни мрачный пастор, слышавший ее последнюю исповедь, ни прибывший в город загадочный иллюзионист не могут помочь шерифу в расследовании. А сама Джейн Бёрнфилд была не той, кем притворялась. Ее тайны опасны. И опасность ближе, чем кажется. Но ответы – на заросшей тропе. Сестра...