Мои цитаты из книг
Толпа не любит две категории людей: любимцев судьбы и неудачников.
Человечество оказалось на грани гибели: природные катаклизмы, смертельные вирусы, теракты, насилие и жестокость. Кажется, спасения нет. Но отчаянный инженер-идеалист решается на безумие. Он конструирует корабль «Звездная бабочка», чтобы перелететь на другую планету и дать человечеству новый шанс. Несколько тысяч тщательно отобранных добровольцев рискнули поверить, что можно все начать сначала и построить справедливое общество. Смогут ли они выжить на гигантском корабле и добраться до загадочной...
Свет - это всё. В случае сомнений поступай так, как делает подсолнечник. Ищи источник света и поворачивайся в его сторону.
Человечество оказалось на грани гибели: природные катаклизмы, смертельные вирусы, теракты, насилие и жестокость. Кажется, спасения нет. Но отчаянный инженер-идеалист решается на безумие. Он конструирует корабль «Звездная бабочка», чтобы перелететь на другую планету и дать человечеству новый шанс. Несколько тысяч тщательно отобранных добровольцев рискнули поверить, что можно все начать сначала и построить справедливое общество. Смогут ли они выжить на гигантском корабле и добраться до загадочной...
«Падение происходит именно в тот момент, когда тебе кажется, что ты достиг вершины.»
Человечество оказалось на грани гибели: природные катаклизмы, смертельные вирусы, теракты, насилие и жестокость. Кажется, спасения нет. Но отчаянный инженер-идеалист решается на безумие. Он конструирует корабль «Звездная бабочка», чтобы перелететь на другую планету и дать человечеству новый шанс. Несколько тысяч тщательно отобранных добровольцев рискнули поверить, что можно все начать сначала и построить справедливое общество. Смогут ли они выжить на гигантском корабле и добраться до загадочной...
"- Почему они это сделали? - произнес Ив, с трудом сдерживая гнев при виде того, в каком состоянии оказался его друг.- Обезьяна, - ответил Габриэль. - В человеке все еще прячется трусливая и агрессивная обезьяна. Достаточно поскрести по оболочке совсем немного, и перед вами появится встревоженный хищник..."
Человечество оказалось на грани гибели: природные катаклизмы, смертельные вирусы, теракты, насилие и жестокость. Кажется, спасения нет. Но отчаянный инженер-идеалист решается на безумие. Он конструирует корабль «Звездная бабочка», чтобы перелететь на другую планету и дать человечеству новый шанс. Несколько тысяч тщательно отобранных добровольцев рискнули поверить, что можно все начать сначала и построить справедливое общество. Смогут ли они выжить на гигантском корабле и добраться до загадочной...
Прошлое невозможно изменить. Что сделано, то сделано. Разбитую вазу нельзя вновь сделать целой.
Человечество оказалось на грани гибели: природные катаклизмы, смертельные вирусы, теракты, насилие и жестокость. Кажется, спасения нет. Но отчаянный инженер-идеалист решается на безумие. Он конструирует корабль «Звездная бабочка», чтобы перелететь на другую планету и дать человечеству новый шанс. Несколько тысяч тщательно отобранных добровольцев рискнули поверить, что можно все начать сначала и построить справедливое общество. Смогут ли они выжить на гигантском корабле и добраться до загадочной...
Судя по рекомендациям западных доноров, может показаться, что демократия - некий продукт на экспорт: готово к употреблению, в удобной упаковке, можно пересылать по почте. Демократия становится сборной моделью из "Икеи" под названием "свободные и честные выборы", которую получатель легко соберёт на месте, пользуясь при необходимости прилагаемой инструкцией.А если собранная модель будет криво стоять? Или на ней неудобно будет сидеть? Или она будет разваливаться? Что ж, тогда виноват не далёкий производитель, а местный потребитель.То, что в неокрепших государствах выборы могут приводить к самым неожиданным последствиям (насилие, этнические волнения, преступность, коррупция...) отходит на второй план. О том, что выборы не приводят к демократизации, а даже, наоборот, ей препятствуют и разрушают её, ради удобства забывается. Каждая страна мира должна проводить выборы, и всё тут, несмотря на потенциальный collateral damage (сопутствующий ущерб). Вероятно, наш электоральный фундаментализм воистину принимает тут форму нового, всемирного евангелизма. Выборы - таинство этой новой веры, её неотъемлемый ритуал, в котором форма важнее содержания.
Демократия, основанная на процедуре выборов, тяжело больна. Граждане охвачены апатией, явка избирателей падает, политические партии, подстегиваемые коммерческими СМИ, больше думают об электоральных баталиях, чем о решении насущных проблем общества. Как получилось, что процедура, считающаяся фундаментом демократии, обернулась против нее? Можно ли спасти демократию, или она вот-вот падет под натиском популистов и технократов? Давид Ван Рейбрук (род. 1971), бельгийский историк и писатель, считает,...
Жребий, по Аристотелю, был проявлением истинной демократии. Не зря афинская демократия отличалась тем, что при ней практически не существовало разницы между политиками и обывателями, между правителями и управляемыми, между должностными лицами и подчиненными им гражданами. Должность «профессионального политика», не вызывающая у нас никакого удивления, показалась бы простому афинянину совершенно абсурдной. По этому поводу Аристотель высказал очень интересную мысль: «Основным началом демократического строя является свобода ‹…›. А одно из условий свободы – по очереди быть управляемым и править»{59}. Этой идее уже два с половиной тысячелетия, но какая поразительная проницательность! Свобода – не то же самое, что постоянно быть у власти. И не быть от нее в стороне. И тем более свобода не значит покорно сдаться на волю власти. Свобода – это баланс между лидерством и командной работой, между ситуациями, где вы управляете, и ситуациями, где вами управляют. Сейчас, когда «олигархизация демократии» зашла гораздо дальше, чем 25 лет тому назад, когда профессор Верден предостерегал нас, кажется, что такое понимание свободы напрочь забыто.
Демократия, основанная на процедуре выборов, тяжело больна. Граждане охвачены апатией, явка избирателей падает, политические партии, подстегиваемые коммерческими СМИ, больше думают об электоральных баталиях, чем о решении насущных проблем общества. Как получилось, что процедура, считающаяся фундаментом демократии, обернулась против нее? Можно ли спасти демократию, или она вот-вот падет под натиском популистов и технократов? Давид Ван Рейбрук (род. 1971), бельгийский историк и писатель, считает,...
Канадский политолог Франсуа Дюпюи-Дери провел исследование использования термина «демократия» и установил, что основоположники
Американской и Французской революций этого термина явно избегали. Демократия означает хаос и экстремизм, думало большинство из них, а от этого они хотели держаться подальше. Речь шла не только о выборе слов. Демократическая реальность также казалась им отвратительной. Многие из них были юристами, крупными землевладельцами, фабрикантами, судовладельцами, а в Америке также плантаторами и рабовладельцами; зачастую уже под властью британской или французской короны, во время расцвета аристократии, они занимали политические и управленческие должности и имели социальные и родственные связи с системой, против которой они боролись{72}. «Эта элита старалась подорвать легитимность короля и аристократии. В то же самое время она подчеркивала политическую некомпетентность народа с тем, чтобы править самой. Тем не менее она громко провозглашала, что нация суверенна и что она, элита, желает служить ее интересам»{73}.
В этом контексте термин «республика» звучал благороднее, чем «демократия», и выборы становились важнее жеребьевки. У лидеров революции во Франции и США к жеребьевке не лежала душа, потому что у них не лежала душа к демократии.
Демократия, основанная на процедуре выборов, тяжело больна. Граждане охвачены апатией, явка избирателей падает, политические партии, подстегиваемые коммерческими СМИ, больше думают об электоральных баталиях, чем о решении насущных проблем общества. Как получилось, что процедура, считающаяся фундаментом демократии, обернулась против нее? Можно ли спасти демократию, или она вот-вот падет под натиском популистов и технократов? Давид Ван Рейбрук (род. 1971), бельгийский историк и писатель, считает,...
Существует прекрасная пословица, которую зачастую приписывают Ганди, хотя на самом деле она центральноафриканского происхождения: «Все, что ты делаешь для меня без меня, ты делаешь против меня». В двух словах так можно было бы описать трагедию нынешней выборно-представительной демократии: если кто-то, пусть даже с самыми благими намерениями, управляет народом, не привлекая к этому сам народ, он управляет только наполовину.
Демократия, основанная на процедуре выборов, тяжело больна. Граждане охвачены апатией, явка избирателей падает, политические партии, подстегиваемые коммерческими СМИ, больше думают об электоральных баталиях, чем о решении насущных проблем общества. Как получилось, что процедура, считающаяся фундаментом демократии, обернулась против нее? Можно ли спасти демократию, или она вот-вот падет под натиском популистов и технократов? Давид Ван Рейбрук (род. 1971), бельгийский историк и писатель, считает,...
Однако на национальном референдуме 22 мая 2015 года население Ирландии согласилось с изменениями в конституции, которые сделали возможным однополый брак. Доля голосов, поданных за, составила ни много ни мало 62 %. Этот референдум произошел после того, как в 2013 году Конституционное собрание подало 79 % голосов за рекомендацию изменить конституцию в этом отношении. Я не знаю лучшего примера того, как делиберативная демократия на практике сыграла действительно решающую роль. В современную эпоху такое в мире случилось впервые: совещание с отобранными по жребию гражданами привело к изменению конституции{109}. Для сравнения: в «католической» Ирландии введение однополого брака произошло более или менее спокойно – в частности, благодаря гражданскому участию, а в это время в libertaire[89] Франции целый год продолжались сильные политические волнения по тому же поводу. В демонстрациях по улицам Парижа приняли участие более 300 тысяч человек. Там гражданину не дали высказаться.
Демократия, основанная на процедуре выборов, тяжело больна. Граждане охвачены апатией, явка избирателей падает, политические партии, подстегиваемые коммерческими СМИ, больше думают об электоральных баталиях, чем о решении насущных проблем общества. Как получилось, что процедура, считающаяся фундаментом демократии, обернулась против нее? Можно ли спасти демократию, или она вот-вот падет под натиском популистов и технократов? Давид Ван Рейбрук (род. 1971), бельгийский историк и писатель, считает,...