Мои цитаты из книг
Когда даже волшебники ничего не могут сделать, тогда должны гибнуть герои.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
Несколько песчинок прошелестело по щеке Мамаши Фортуны, пока она смотрела на единорога. Все ведьмы так плачут.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
То, что может умереть, - прекрасно, прекраснее, чем живущий вечно единорог, самое прекрасное существо на свете.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
Твое имя - это золотой колокольчик, подвешенный в моем сердце. Я разорвался бы на части, чтобы хоть однажды назвать тебя по имени.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
— Только одна веревка могла бы удержать ее, — сказала она. — Та веревка, которой древние боги связали волка Фенрира. Она была сплетена из дыхания рыб, слюны птиц, женских бород, мяуканья кошки, медвежьих жил и еще из чего-то. Ах да, из корней гор. А так как ничего этого у нас нет и гномы не совьют нам веревку, то придется обойтись железной решеткой. Я погружу ее в сон. — И руки Мамаши Фортуны что-то связали в ночном воздухе, а из ее горла вырвалось несколько неприятно прозвучавших слов. Когда старуха закончила заклинание, от единорога запахло молнией.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
Чтобы увидеть, недостаточно быть готовым, надо смотреть все время
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
Говорят, что любовь делает мужчин быстрыми, а женщин медлительными
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
Мы - не всегда те, кем кажемся, и едва ли когда-нибудь – те, кем мечтаем быть.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
Увидев её, я проникаюсь желанием сразиться со всем злом и уродством мира, но также и желанием сидеть на месте и страдать.
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.
В этом по большей части и состоит волшебство – уметь видеть и слушать… Все прочее – дело техники…
Роман Питера Бигла, известного американского писателя и сценариста, о предназначении последней из единорогов стал классикой фантастической литературы. Символичность богатого художественного языка и сюжета превращает чтение в ожидание прикосновения к чуду. И подобно героям, увидевшим единорога-спасителя, читатели, будто завороженные, движутся по следам тайны, чтобы никогда не забыть это ее волшебное прикосновение.