Перед тем как получить пулю в затылок, стоя на коленях перед рвом, капитан и вратарь киевлян Николай Трусевич успевает крикнуть: "Советский спорт никогда не умрёт!"
Элли вдруг вспомнила слова Гёте: "Архитектура - это застывшая музыка".
Наверно, в этом заключается одна из уготованных человеку трагедий: наша судьба - с годами превращаться в тех, кого мы больше всего презирали в молодости.
Чехов говорил, что перепробовал все жанры, кроме доносов.
Слова не в силах запятнать музыку. Музыка выше слов - в этом ее цель и величие.
Если верить Ахматовой, при Хрущеве настали "вегетарианские времена". Возможно; хотя для убийства не обязательно прибегать к традиционным способам мясоедских времен - достаточно забить человеку глотку овощами.
На будущее мы возлагаем слишком уж большие надежды, все ждем, что оно поспорит с настоящим.
Рабство идейное столь же ненавистно, как рабство физическое.
Тело остается нервным, как прежде, если не хуже. А дух ныне уже не мечется, но осторожно ковыляет от одной тревоги к другой.
В какой точке пессимизм становится отчаянием?