"...Ночь закончилась.Мире пришла пора возвращаться домой. На глаза наворачивались слезы, когда девушка одевалась и приводила себя в порядок, а сердце разрывалось на части. Всё внутри протестовало против ухода отсюда, но остаться было невозможно. Они оба знали об этом. Мира то и дело поднимала глаза на Вадима, но он упорно опускал свои, не в состоянии вынести её взгляда. Наверное, никогда в жизни ему не было так тяжело, как сейчас ..." - "Не Любовь"
Янке казалось, что она до сих пор, как Маруська, все стаскивает и стаскивает с головы черный платок.
Море шелестело тихо-тихо, будто хотело нашептать какой-то свой секрет. Хорошо жить у моря: всегда есть с кем поговорить.
От Я до А — весь мир в твоем имени, все, что в нем есть, потому что все, что есть, — это слова, а слова состоят из букв, а в тебе весь алфавит. Ну и Н для крепости.
Сейчас, когда курортники разъехались, Поселок стал похож на дом после ухода шумных гостей. Еще открыты некоторые кафе и сувенирные лавки, но жизнь замедляется, затихает.
Вдруг все стало безразлично, кроме этого несчастного Таля, которого она, оказывается, почему-то любит, хотя он смешной и нелепый, хотя по всем приметам она ну никак не могла в него влюбиться, это же просто глупо, но вот он тут, он рядом, он не владеет собой, кричит, что лучше бы ему умереть от своей любви и вины, а она знает, хоть и не может понять, что она тоже тогда умрет, в ту же минуту, потому что Таль — единственный человек на земле, без которого она жить не сможет.
Янка смотрела на тающую в темноте Феодосию и думала: почему у взрослых есть это право — таскать их туда-сюда, как им вздумается? Ее вырвали из привычной жизни, приволокли сюда, а стоило ей здесь найти себя и смысл всего, что с ней происходит, как ее снова выдергивают, с корнем, как сорняк с грядки!
— Молодец! Понимает, что гордость — удовольствие для сытых.
— Святые угодники, пусть кто-нибудь отберет у нее перо и чернильницу.
— Она будет писать грифельным карандашом, — предположила я.
— Тогда бумагу.
— Есть столы, стены, учебники…
— Хватит! Я поняла, что талант не сдержать.
— Мы здесь, София! — приподнявшись из-за столика, помахал он мне рукой.
Стоп-стоп! Что значит «мы»? Ты, шляпа и кружка с чаем?