Я вообще ничего не думаю. Хочу только выйти из комы. Чтобы мне снова было холодно, голодно и страшно. По-настоящему.
До чего же приятно сознавать, что тебя кто-то опекает – особенно когда ты всю жизнь была старшей.
Мы не друзья, но если вдруг станем врагами, ты будешь знать, куда бить и чем.
Человек создан по Твоему образу и подобию; и когда Человек становится Твоей куклой для битья, Он остаётся Твоей куклой вуду <...>
лавровый венок для почивших на лаврах становится похоронным...
а пока я просто играю со смертью (по Фрейду, влечение к смерти — это когда очень хочешь, чтобы тебя поимел Танатос)
Воспитывают родители — перевоспитывают психиатры, гениально.
Вы настолько обеспокоены общественным мнением, что почти не имеете своего собственного.
<...> парадокс: чем безразличнее мне люди, тем больше я им нравлюсь, а самое главное — они мне.
Для меня свобода — это возможность выбрать себе даже палача.