– Но как же вы так, Ной Васильевич! Ленин – вождь мировой революции. Об этом пишут во всех большевистских газетах.– Газет не читал, извиняйте, Анна Дмитриевна. – И, чтобы враз определить границы неприятного разговора, Ной сообщил: Кроме евангелия, ничего не читаю.– Евангелия? – еле промигалась Анечка.– Вот славно-то! Вот славно-то! – похвалила хозяйка.– Вы это, конечно, в шутку про евангелие? – обиженно спросила Анечка.– Почему в шутку? Я с ним по всей позиции прошел, и худого в том ничего не вижу для себя.– Странн-но! Для революционера это очень даже странно!– Для революционера – само собой, а я из казаков. В партию не вступал.
Судьбы, как тропы в глухолесье, – всегда разные.Найдет человек сохатиную иль медвежью стежку, и пошел по ней. Потом удивляется: какая нечистая сила понесла его по такой дремучести, где сам черт ногу сломит?Многие идут по наторенным дорогам, но не след в след, каждый по-своему.Случается: человек долго ищет судьбу. Набьет ноги, не раз умоется горькой солью; брызнет седина в голову, а ему все еще кажется – жизнь впереди!..Другой, не успев пожить, вдруг вспыхнет огнем, да так ярко, что многим возле него хоть водой окатывайся: невмоготу припекает. Сгорит, а про него долго еще будут говорить, поминая добром и лихом.Есть судьбы легкие. Век проживет иной, ни разу не охнув. Есть трудные. Когда, как говорят в народе, на бедного Макара все шишки валятся.Сколько людей – столько судеб, все не охватишь.
Слово дано всем, мудрость души – немногим.
— Боюсь, мне сложно судить. Вся “нормальность” для меня кончилась в тот миг, когда в моей жизни появился персональный хаос по имени “Лера”.
— Не зря говорят, что девушек невозможно понять.
— Ну почему же, можно. Просто касательно меня ты еще учитывай тот фактор как загадочная русская душа, — я не удержалась от смешка.
— Мне заранее страшно спрашивать, что именно под этим подразумевается, — с демонстративной обреченностью вздохнул Рейнар.
Наверное, просто в каждом из нас есть герой и есть предатель. И постоянно осознанно или нет, но мы делаем выбор, кем же нам быть.
— Это твой ухажер? — Хефер тоже засек.
— С чего ты взял? — на мой взгляд, ухажером Рейнара никак нельзя было назвать. И тем более моим.
— Ну знаешь, — принц усмехнулся, — не так уж часто на меня смотрят с подобным откровенным желанием выпотрошить. Он кто вообще?
Он? Чемпион в номинации Самодурство года. Гроза всея совета архимагов и прочих недостойных. Обладатель почетного звания “Император ко мне на “Вы””. Автор устного бестселлера “Мое слово — закон или Я так
Едва она под громкие аплодисменты ушла со сцены, госпожа Летиция объявила следующую девушку. И так одну за другой, каждый раз расписывая, какие они замечательные. Интересно, а про меня что скажет? "Алана дэа Верт! Последняя из жриц Безликого, хранящая меньше всего магии! Вечно создает нам всем тут проблемы, но мы вынуждены ее терпеть, так как лорд Рейнар отваливает за нее кучу денег!"
- Это твой ухажер? - Хефер тоже засек.
- С чего ты взял? - На мой взгляд, ухажером Рейнара никак нельзя было назвать. И тем более моим.
- Ну, знаешь, - принц усмехнулся, - не так уж часто на меня смотрят с таким откровенным желанием выпотрошить. Он кто вообще?
Он? Чемпион в номинации "Самодурство года". Гроза совета архимагов всея империи и прочих, его недостойных. Обладатель почетного звания "Император ко мне на "вы". Автор устного бестселлера "Мое слово - закон, или Я так решил, и значит, так и будет". И как итог, идеальная пара для непризнанной королевы Эделии... В общем тот, кого я почему-то упорно не могу выкинуть из головы.
. И лишь уже в карете в ответ на мое “Ура-ура! Вот это везение! Веер с магнолиями!” выдал философское:
– А ведь я наивно считал, что уже начинаю тебя понимать...