admin

Маленькие наследные княжичи частенько исчезали, если их отцы умирали раньше срока.

– Василиса Петровна, – сказал он, – ваш брат сказал, что вы красивы. Это неправда. – Она замерла, а его улыбка стала еще шире. – Вы великолепны.

Никакого вреда ей не будет. Я в этом клянусь. Льдом, снегом и тысячью человеческих жизней.

– Я хожу в церковь, батюшка, – ответила она. – Анна Ивановна мне не мать, а ее безумие – не мое дело. Так же как моя душа – не ваше. И мне сдается, что до вашего появления у нас все было хорошо: пусть мы и меньше молились, зато и плакали меньше.

– Я – Смерть, – медленно проговорил Морозко. – Сейчас, как и в самом начале. Давным-давно я родился в умах людских. Но я родился не один. Когда я впервые посмотрел на звезды, рядом со мной стоял мой брат. Мой близнец. И когда я впервые увидел звезды, он тоже их увидел. <...> У меня было человеческое лицо, – продолжил Морозко, – а у брата была медвежья морда, потому что человек страшится медведя. Это – роль моего брата: он внушает людям страх. Он поглощает их страх, нажирается им и засыпает до той поры, пока снова не ощутит голод. Больше всего он любит неустроенность: войну, мор и ночные пожарища. Но когда-то давно я его связал. Я – Смерть и хранитель порядка вещей. Все проходит передо мной: так уж устроено.

Русалка заметила священника первой. Ее глаза заблестели.
– Вот едет подходящий для еды!
Вася всмотрелась в дорогу и увидела мужчину с тускло-золотыми волосами в темном одеянии священника.
– Почему?
– Он полон страсти. Желания и страха. Он не знает, чего именно желает, и не признается в своем страхе. Но он их ощущает, так сильно, что задыхается.

У Кирилла Артамоновича оказался великолепный молодой конь. Даже Буран с его выдающимися статями казался грубоватым рядом с этим чалым жеребцом, идеально сильным. Василисе захотелось провести руками по его ногам, оценить крепость мышц и костей.
– Я говорил отцу, что это плохая мысль, – сказал Алеша у ее уха.
– Какая? И почему? – рассеянно спросила Вася, поглощенная созерцанием коня.
– Выдавать тебя замуж так рано. Потому что скромным девицам положено жадно смотреть на господ, добивающихся их руки, а не на резвых коней этих господ.

— В этой жизни можно абсолютно всё, потому что это лишь маленькая часть нашего настоящего существования. Я предпочитаю воспринимать этот мир как игровую площадку, где в наиболее выгодной позиции оказывается тот, кто позволяет себе веселиться и экспериментировать.
Барбара потрясённо молчала. Короткая, но вдохновенная речь Будды заставила её вспомнить, что именно так она сама и представляла себя в далёком детстве — как персонажа игры, правила которой никто не потрудился ей объяснить, а может, они и вовсе отсутствовали. Ей ен нравилась собственная роль. Ей не нравился персонаж, в чьей шкуре она родилась. Только в детстве, как, впрочем, и потом, Барбаре не приходило в голову, что она вольна изменять своего персонажа любым способом, каким пожелает. та мысль — такая простая и очевидная — на мгновение лишила её дара речи.

Будда слушает

Татьяна Коган

Барбара работала персональным тренером в фитнес-клубе, хотя с детства мечтала стать писателем. Ее роман не приняли ни в одном издательстве, и девушка почти попрощалась со своей мечтой… Однажды Барбара отвозила домой подругу после вечеринки и на обратном пути случайно сбила своего клиента. Он был противным типом, и Барбара мечтала от него избавиться, но не таким же способом… Ей неожиданно помог прохожий, назвавшийся Джейком. Он предложил девушке не вызывать полицию, а избавиться от тела. Он отвез...

— Мне привычнее видеть на бортике ванной ароматические свечи, а не окровавленную пулю, вырезанную из тела убитого мной человека, — задумчиво произнесла она, словно смаковала фразу на вкус.
— Если хочешь, — Джейк указал подбородком на узкий зеркальный шкафчик. — Свечи там.

Будда слушает

Татьяна Коган

Барбара работала персональным тренером в фитнес-клубе, хотя с детства мечтала стать писателем. Ее роман не приняли ни в одном издательстве, и девушка почти попрощалась со своей мечтой… Однажды Барбара отвозила домой подругу после вечеринки и на обратном пути случайно сбила своего клиента. Он был противным типом, и Барбара мечтала от него избавиться, но не таким же способом… Ей неожиданно помог прохожий, назвавшийся Джейком. Он предложил девушке не вызывать полицию, а избавиться от тела. Он отвез...

Что-то внутри неё переключилось. Она будто долго жила на заводских настройках и вдруг осознала, что способна корректировать их по своему усмотрению — и это открытие, банальное для многих, стало для Барбары откровением.

Будда слушает

Татьяна Коган

Барбара работала персональным тренером в фитнес-клубе, хотя с детства мечтала стать писателем. Ее роман не приняли ни в одном издательстве, и девушка почти попрощалась со своей мечтой… Однажды Барбара отвозила домой подругу после вечеринки и на обратном пути случайно сбила своего клиента. Он был противным типом, и Барбара мечтала от него избавиться, но не таким же способом… Ей неожиданно помог прохожий, назвавшийся Джейком. Он предложил девушке не вызывать полицию, а избавиться от тела. Он отвез...