admin

Джим сказал, будто пчелы не жалят дураков, только я этому не верю: я сам столько раз пробовал, и они меня не кусали.

А дураков во всяком городе куда больше, чем умных.

Положим, человек ушибет себе палец, а потом отравится, а потом свалится в колодец и сломает себе шею и кто-нибудь придет и спросит, отчего он умер, так какой-нибудь дуралей может сказать: «Оттого, что ушиб себе палец». Будет в этом какой-нибудь смысл? Никакого.

Нет лучше способа провести время, когда соскучишься: уснешь, а там, глядишь, куда и скука девалась.

Пустяки-то и помогают в жизни больше всего.

— Это не из-за мели, там мы совсем ненадолго задержались. У нас взорвалась головка цилиндра.— Господи помилуй! Кто-нибудь пострадал?— Нет, мэм. Убило негра.— Ну, это вам повезло; а то бывает, что и ранит кого-нибудь.

Сидит такая взволнованная, красивая и такая радостная и довольная, будто ей зуб вырвали.

«Человеку робкому в Бейруте было страшно 24 часа в сутки – то придется обедать на набережной Корниш под грохот стрельбы, то внимательно прислушиваться к словам палестинского юноши, который, приставив к твоей голове ствол “калашникова”, говорит, что мечтает поступить в Гаванский университет и заниматься международными отношениями, так не можешь ли ты этому посодействовать?»

Голубиный туннель. Истории из моей жизни

Джон Ле Карре

Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...

С Иосифом не всегда легко общаться, но сегодня за обедом он необычайно мил, не в последнюю очередь благодаря нескольким большим порциям виски «Блэк лейбл», выпитым несмотря на слабые протесты моей жены, и нескольким сигаретам, заеденным несколькими ложками куриной лапши — ел он, как птичка.

Голубиный туннель. Истории из моей жизни

Джон Ле Карре

Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...

«Представить Россию того времени без водки – это все равно что представить скачки без лошадей»

Голубиный туннель. Истории из моей жизни

Джон Ле Карре

Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...