Мои цитаты из книг
Я сам не ожидал, что мне будет так больно. Чувства, которых я ни за что не желал признавать, перекрыли мне горло и раздирали грудь. Это была сухая, сильная, физическая боль, как будто кто-то натолкал в меня мелких, острых цементных осколков. Я сомневался, что смогу заговорить, - так меня душило.
Быть магидом очень непросто. У тебя, конечно, навалом всяких магических способностей, и ты много чего знаешь – в том числе и так называемые страшные тайны. Зато во вверенном тебе мире может приключиться что угодно, а потом хлопот не оберешься. Руперт Венейблз – младший магид Земли и по традиции ведает делами в империи Корифоса. Командировки в империю у Руперта самые нелюбимые – никогда не знаешь, что выкинут тамошние власти. Вот и сейчас: император сначала казнил старшего сына, а потом и сам...
Любые ляпы и ошибки, готовые и на заказ.
Быть магидом очень непросто. У тебя, конечно, навалом всяких магических способностей, и ты много чего знаешь – в том числе и так называемые страшные тайны. Зато во вверенном тебе мире может приключиться что угодно, а потом хлопот не оберешься. Руперт Венейблз – младший магид Земли и по традиции ведает делами в империи Корифоса. Командировки в империю у Руперта самые нелюбимые – никогда не знаешь, что выкинут тамошние власти. Вот и сейчас: император сначала казнил старшего сына, а потом и сам...
Если название города кончается на "честр", значит там у римлян был военный лагерь.
("Честр" - это искаженное латинское слово "castrum", означающее "форт". В Британии достаточно много городов, в названии которых есть суффикс, - Честер, Манчестер, Чичестр, Винчестр и т. д.)
Быть магидом очень непросто. У тебя, конечно, навалом всяких магических способностей, и ты много чего знаешь – в том числе и так называемые страшные тайны. Зато во вверенном тебе мире может приключиться что угодно, а потом хлопот не оберешься. Руперт Венейблз – младший магид Земли и по традиции ведает делами в империи Корифоса. Командировки в империю у Руперта самые нелюбимые – никогда не знаешь, что выкинут тамошние власти. Вот и сейчас: император сначала казнил старшего сына, а потом и сам...
Я всегда подозревал, что Льюис Кэрролл был магидом. Очень уж похоже он описывал все эти переходы из одного мира в другой. Хитрый человек, выдал все за сказку!
Быть магидом очень непросто. У тебя, конечно, навалом всяких магических способностей, и ты много чего знаешь – в том числе и так называемые страшные тайны. Зато во вверенном тебе мире может приключиться что угодно, а потом хлопот не оберешься. Руперт Венейблз – младший магид Земли и по традиции ведает делами в империи Корифоса. Командировки в империю у Руперта самые нелюбимые – никогда не знаешь, что выкинут тамошние власти. Вот и сейчас: император сначала казнил старшего сына, а потом и сам...
И при этом я узнал о пуппетизме значительно больше, чем мне, собственно, хотелось. Но разве это не единственно разумный метод познания? Впихнуть в себя больше, чем можешь переварить? Впитывать информацию наподобие пересохшей губки? Заправляться учебным материалом подобно верблюду в пустыне, который готовится к дальней дороге? Только так можно определить, что действительно тебе требуется, что прочно засело в извилинах мозга в качестве мыслей и идей. Что образует тот неисчерпаемый резервуар, из которого потом предстоит выуживать запасы всю жизнь. Каждый серьезный процесс обучения — это оргия, вакханалия подачи информации. Большая часть полученных знаний потом забывается, как это случается при любом избыточном объеме. Все зависит от того, что останется, но заранее никогда неизвестно, что именно. Но с этим покончено! Я никогда не придавал большого значения строго организованной и систематизированной учебе по учебнику. Нечто подобное возможно только в том случае, если организовывать библиотеку. Здесь приходится все располагать по алфавиту.
Книгород, Город Мечтающих Книг, мекка писателей, издателей и читателей, был спален дотла, но вновь возродился из пепла в еще большем блеске! Великий цамонийский писатель Хильдегуст Мифорез возвращается в Книгород спустя двести лет, и снова его ведет след таинственного манускрипта. Но на сей раз автор ему отлично известен – это он сам… или некий неизвестный подражатель?
Впервые на русском языке!
...Библионисты, библиодромы, библионеры, библиокласты, библиогеты, библиодонты, библиоготы, библиоспасты, библиоты, библиоклепты, библиометы, библиоганты, библиоманты, библиофасты, библиофанты, библиогомы, библиобилы, библиофаги, библиогамы, библио...
- Достаточно...
Книгород, Город Мечтающих Книг, мекка писателей, издателей и читателей, был спален дотла, но вновь возродился из пепла в еще большем блеске! Великий цамонийский писатель Хильдегуст Мифорез возвращается в Книгород спустя двести лет, и снова его ведет след таинственного манускрипта. Но на сей раз автор ему отлично известен – это он сам… или некий неизвестный подражатель?
Впервые на русском языке!
У меня еще ни разу в жизни не было чемодана. (Хильдегунст Мифорез)
Книгород, Город Мечтающих Книг, мекка писателей, издателей и читателей, был спален дотла, но вновь возродился из пепла в еще большем блеске! Великий цамонийский писатель Хильдегуст Мифорез возвращается в Книгород спустя двести лет, и снова его ведет след таинственного манускрипта. Но на сей раз автор ему отлично известен – это он сам… или некий неизвестный подражатель?
Впервые на русском языке!
Все-таки друзья — это тонкая материя! Они прямо скажут тебе, что ты стал толстым или надменным. Они считают тебя задницей, нагоняют на тебя страх ужасными историями о болезнях и катакомбах, вынуждают тебя проехать пол-Цамонии из-за какого-то мистического письма! А потом просят у тебя прощения и надеются, что после этого все будет опять в порядке.
Книгород, Город Мечтающих Книг, мекка писателей, издателей и читателей, был спален дотла, но вновь возродился из пепла в еще большем блеске! Великий цамонийский писатель Хильдегуст Мифорез возвращается в Книгород спустя двести лет, и снова его ведет след таинственного манускрипта. Но на сей раз автор ему отлично известен – это он сам… или некий неизвестный подражатель?
Впервые на русском языке!
В каждом крупном городе Цамонии одна из улиц была названа в мою честь. Существовали книжные магазины, которые торговали исключительно моими произведениями и научной и критической литературой, посвященной им. Мои почитатели основывали и регистрировали специальные общества, члены которых обращались друг к другу по именам персонажей из моих книг. Выражение «повторить Мифореза» в народе означало «сделать уникальную карьеру в творческой профессии». Я не мог пройти ни по одной оживленной улице, не подвергнувшись атакам толпы, не мог войти ни в одну книжную лавку, не вызвав у книготорговцев обморочного состояния. Любая книга, написанная мною, мгновенно объявлялась классическим произведением.
Книгород, Город Мечтающих Книг, мекка писателей, издателей и читателей, был спален дотла, но вновь возродился из пепла в еще большем блеске! Великий цамонийский писатель Хильдегуст Мифорез возвращается в Книгород спустя двести лет, и снова его ведет след таинственного манускрипта. Но на сей раз автор ему отлично известен – это он сам… или некий неизвестный подражатель?
Впервые на русском языке!
Существует такое количество этих библио, что его можно сравнить с числом жителей Книгорода. Библионисты, библиодромы, библионеры, библиокласты, библиогеты, библиодонты, библиоготы, библиоспасты, библиоты, библиоклепты, библиометы, библиоганты, библиоманты, библиофасты, библиофанты, библиогомы, библиобилы, библиофаги, библиогамы, библио…
Книгород, Город Мечтающих Книг, мекка писателей, издателей и читателей, был спален дотла, но вновь возродился из пепла в еще большем блеске! Великий цамонийский писатель Хильдегуст Мифорез возвращается в Книгород спустя двести лет, и снова его ведет след таинственного манускрипта. Но на сей раз автор ему отлично известен – это он сам… или некий неизвестный подражатель?
Впервые на русском языке!