Помните, жизнь — это великий дар, но ценность его зависит лишь от того, что мы делаем с ней.
— Никому не дано знать все на свете, миледи.
— Вампиры ведь умирают не только когда их сжигают или отрезают им голову. Бессмертие — это дар, но и у него есть свои недостатки. Когда смертные перешагивают порог старости, они все менее страшатся мыслей о смерти. Чем дольше длится старость, тем более растет их приятие смерти, ведь они видели так много, так много... жизнь, рост, изменение, угасание... Они начинают понимать, что все циклично, что все остается неизменным — кроме действующих лиц. Их больше не интересует полет жизни и течение времени. Они хотят покоя. Сна. Они готовы уйти.
— А тебе известно, что мой розарий удобрен телами мужчин, покушавшихся на мои деньги? — спросила Лисса.
— Что ж, зато у вас растут прекрасные розы.
Любовь — больше, чем просто чувство. Она может с этого начинаться, но потом становится чем-то гораздо большим.
— Любой может проиграть, если ему попадется более сильный противник.
— Когда люди идут по жизни вместе, между ними много что происходит.
Судьба — интересная тварь.
Она часто задумывалась, как это возможно — одновременно любить и ненавидеть. Отчаянно тосковать в глухие ночные часы и в то же время испытывать облегчение.
— К чёрту всех! Я никогда его не продам, никогда с ним не расстанусь. Я шёл за ним, пока его не прикончил, а теперь он идёт за мною, пока не добьётся своего. Все эти четыре года он не давал мне покоя. Он сломал меня в этой проклятой охоте. Он сделал из меня старика. Он довёл меня почти до сумасшествия. Теперь он высасывает из меня жизнь, но ещё не совсем покончил со мною. Ты думаешь, здесь только одна его голова? А я скажу тебе, что, когда ночью дует чинук, я слышал такие звуки, которые не похожи на простой ветер. Я слышал его самого, точь-в-точь как в тот день, когда он испускал дух через ноздри, а я лежал ничком перед ним. А если я встану и выйду, он тут как тут — вправо, у Табачного ручья.